— Разрешите?

— Да, — ответил, отвлёкшись от размышлений.

— Я только что от Президента, и он план одобрил, — вошёл внутрь министр обороны.

— Не сомневался.

— И я тоже.

— Присаживайтесь, ещё что-то?

— Да и это основное. Мне доложили, что вы, товарищ Бес, хотите возглавить одну из групп. Тренируетесь вместе с общей командой отобранных солдат.

— И вам настучали… — выдохнул я.

— Почему сразу настучали, доложили по форме, как и положено. А кто ещё в курсе?

— Генерал-командор. Мы только что говорили с ним на эту тему. Вы должны были с ним встретиться в коридоре.

— Он-то откуда узнал? — не наигранно удивился генерал.

— От истинно живых. Они практически все выучили язык, по крайней мере, понимают нашу речь.

— Ладно, я этот вопрос уточню и разберусь, чтоб ничего секретного при них не говорили. Так вы вправду собрались на задание?

— Да, — коротко ответил, не желая продолжать разговор.

— Президент высказал недовольство и просьбу, чтобы вы, товарищ лейтенант полномочный представитель, остались в убежище. И для вас есть…

— Послушай, Станислав Юрьевич, — перебил ставшего назойливым генерала, — давай без обидняков. Знаешь, что только что мне рассказал ашш Сошша Хааш? Не знаешь? Что запись не успели прослушать? — видя, как смутился офицер, продолжил, сбавив обороты, — шнахассы строят не ретранслятора, а маяк. Такой большой и мощный маяк, антенной которой станет вся наша с тобой родная планета. И на его сигнал прилетят другие, но это в принципе и так было известно, но главное другое — околоземная орбита.

— Что околоземная орбита? — не понял меня Станислав Юрьевич.

— Орбита вокруг планеты находится в полном распоряжении нашего противника, пусть атмосферных летательных аппаратов мы видели немного, не как у анторсов в период первой фазы вторжения, но орбита за противником, и они до сих пор толком не наносили орбитального удара. А представь, что сегодня или завтра по одной из веток «Метро-4000» ударят лазером или плазмой, даже рельсотрона хватит, если они смогут точно навестись на цель.

— Так глубина залегания…

— Северо-западной ветке это помогло? Они до сих пор заблокированы. И как понял там не орбитальный удар, а стечение обстоятельств, просто попали удачно в слабое место и обрушили многие километры, отрезав от основной ветки, — я повторял информацию, которую услышал на одном из совещаний, и её Станислав Юрьевич уж точно должен был знать, — а орбитальный удар главным калибром стирает горы, делая кратер в эпицентре.

— Что ты хочешь этим сказать? — вновь перешли на «ты». В нашем разговоре постоянно проскальзывало то «ты», то «вы», как-то окончательно я не привык тыкать старшему по званию, да и возраст у Станислава Юрьевича внушал уважение.

— Надо форсировать события. Кстати, академик что-нибудь придумал для защиты от волнового оружия шнахассов?

— Да, я в основном по этому поводу и зашёл. Разработаны опытные образцы.

— Испытаем в поле, — перебил генерала, но потом сменил тему, — нам нужна помощь. Как понимаю, связаться с анторсами, что остались на корабле-матке, мы не можем.

— Нет технической возможности.

— А по Одарённым что-то известно?

— Разослали директивы во все ветки убежища. Их нет, но ищут.

— Плохо. Остаётся только одно… И да, товарищ министр, прослушайте запись моего с ашш Сошша Хааш последнего разговора. Это действительно серьёзно.

— А если коротко? — подобрался министр.

— А если коротко, то я очень раздосадован, что ваши люди, кто занимается стратегическим планированием, не увидели ту угрозу, которую усмотрел малый Совет во главе с ашш Сошша Хааш.