|
Когда он чувствует опасность, то не спешит улепётывать, а затаится и ждёт, стараясь, чтобы его естественный враг не заметил. Так и майор Волков с позывным «Заяц», на своём штурмовике творил чудеса. Чуть ли, не задевая фюзеляжем верхушки деревьев, на предельно низких высотах, долетал до квадрата нанесения ракетно-бомбового удара. Производил отстрел и устремлялся ввысь, за считанные минуты достигая практического потолка самолёта, где исчезал в облаках. Технологичная техника анторсов, с их мощной и чувствительной системой обнаружения терялась, воспринимая такой манёвр, как самоубийственный и переставала отслеживать цель, что с точки зрения анторсов выглядело вполне логичным. Ни один из них не смог бы пережить такие перегрузки, вот и настройки систем обнаружения и сопровождения помечали цель как уничтоженную, а майор Волков — Заяц возвращался на базу за новым заданием.
— Товарищ Бес, разрешите предложение, — именно так ко мне обращались земляне, а анторсы по примеру ашш Сошша Хааш обращались ко мне командир-хоск. — Слушаю, товарищ Гром. — Предлагаю, чтобы прикрывать четвёртую группу была направлена третья, она… — Я понял, — прервал майора. Мне сразу стало понятно, что он хочет сказать, а точнее, мягко переключить возглавляемую мной группу на выполнение основной задачи, без дополнительной, — место дислокации третьей группы в двух километрах от предполагаемого квадрата боевого контакта. Это слишком большая дистанция, которую быстро не преодолеть. Я ответил на вопрос? — Да, командир, — недовольным уселся на своё место Гром. Инструктаж я проводил в одном из залов совещаний, которых много настроили в убежище, даже не знаю для чего. Скорее всего, такие просторные помещения планировались использовать в качестве пунктов временного размещения, а, может, и постоянного. Вдоль одной из стен стояли ровными рядами трёхъярусные кровати, которые при необходимости можно расставить и приготовиться к приёму беженцев. Вот только столько беженцев, даже с учётом укрытых анторсов, в убежище не было. Много помещений пустовало и знание того, что не всех успели спасти, не всех успели укрыть в убежище, лично меня угнетало. — И ещё, товарищи, — продолжал монолог, — задача перед нами предстоит важная и, скорее всего, второго шанса у нас не будет, но вы все об этом знаете, так что не буду углубляться. Генерал-командор, вы хотите что-либо добавить? — Нет, командир-хоск. Все пилоты отобраны мной лично и перед каждым поставлена задача. Повторяться считаю излишним. Есть некоторые моменты по взаимодействию с эскадрильей землян, но этот вопрос обсудим в рабочем порядке, — ответил ашш Сошша Хааш. — Тогда всем отдыхать, особенно первой и второй группе. Товарищ Заяц, останьтесь, у меня есть тоже некоторые уточнения к плану. Бойцы разошлись, а мы втроём остались в пустом зале. И сразу стало как-то неуютно. Большое, практически пустое помещение давило необжитостью и запустением. — Пойдёмте ко мне в кабинет и там обсудим возникшие вопросы, — сразу предложил, видя, как сразу некомфортно себя почувствовали собеседники. — Соглашусь, — ответил ашш Сошша Хааш. — Не против, товарищ Бес, — согласился майор Заяц. Идя по коридорам, я мысленно прокручивал план операции. До выхода первых групп осталось мало времени, а если учитывать, что связь до начала второй фазы не предусмотрена, старался найти огрехи в разработанном плане и вовремя внести в него коррективы. Мозг уже кипел от нагрузки, опыт подсказывал, что надо сменить вектор мыслей, а то зацикленность на одной задаче заведёт в тупик и ты просто не увидишь даже очевидное решение. «Ладно, сейчас поговорим и отдохну пару часов, потом со свежими мыслями пробегусь по плану», — подумал, проходя одно из разветвлений. |
