— Понимаю и как только освобожусь, мы обязательно обсудим поднятый на малом Совете расы вопрос.

Вышли мы из кабинета вместе, но ашш Сошша Хааш и майор Заяц неспешно направились в созданный центр координации, а я так и остался стоять возле кабинета.

— Знаете, где располагается комната ожиданий? — обратился к караульному, но он, как и ожидал, и глазом не повёл, продолжая стоять словно статуя. — Ладно, сам разберусь. Если спросят, я у академика, — произнёс, направившись к тому месту, где нас перехватила старший лейтенант Цветкова.

«Зря я отказался от адъютанта, а то бы таких проблем не возникло. Через него бы всё передали. А то меня ж в кабинете не застать, вот и бегают, ищут, где я», — шёл, размышляя и самое неприятное, коридор, когда хоть кто-то нужен, чтобы узнать, где располагается тайная комната, в этот раз был девственно пуст. Я шёл в одиночестве к тому ответвлению, обозначенным крупными буквами на стене: «Сектор А. Уровень второй. Зелёная ветка», где встретилась незнакомка, а вот дальше…

Глава 8

А вот дальше куда идти я попросту не знал и остановился на перекрёсте, логично рассудив, что лучше спросить у первого встречного, чем ходить по лабиринтам убежища. И долго стоять в одиночестве не пришлось. Буквально через несколько минут в коридоре показался один из адъютантов Шевцова.

— Товарищ полковник! — остановил офицера, а то он, коротко кивнув, хотел пройти мимо.

— Слушаю, товарищ Бес.

— Знаете где находится комната ожиданий? А то меня там ждут, чтобы проводить к академику.

— Вы на вскрытие тела шнахасса?

— Да, — ответил, хотя не думал, что приглашают меня именно на вскрытие.

— Давайте я провожу. Сам к научникам направляюсь, надо передать кое-какие распоряжения, — он потряс папкой, что находилась у него в руках. И это была именно папка для документов, а не планшет, который я неоднократно видел у офицеров. Сам-то я наотрез отказался от электронного девайся, сославшись, что полевому командиру лучше хорошее средство связи, а не электронная карта, что выдаёт местоположение при позиционировании на местности. И со мной нехотя, но согласились. Поперво́й именно группы, чьи командиры имели при себе электронные планшеты первыми обнаруживали и накрывали с воздуха. И ведь было невдомёк, что местоположение отслеживается не только своим командованием, но и противником, а когда орбитальная группировка спутников сошла на нет, то и смысла брать на боевое задание полевой планшет с кучей нужных, но неработающих без Интернет-соединения программ, само собой отпала. Вот я и отказался от ставшего бесполезного девайся, но надо сказать, что в убежище он мог пригодиться и это не только, как узнать маршрут, куда идти, но и постоянно находиться на связи. А с другой стороны, я, поразмыслив, пришёл к выводу, что тогда бы меня постоянно дёргали, то одно, то другое, а я к этому не привык.

— Буду рад, — ответил офицер, а я сдержал разочарование, всё-таки хотел пообщаться с противоположным полом, хоть вспомнить, как говорить и как себя вести при женщинах, а то за эти месяцы, считай, бобылём заделался.

— Пойдёмте, тут недалеко, но поплутать придётся, — пояснил офицер и я пошёл за ним.

До восьмого сектора, подсектора «В» добирались действительно недолго. Вот только пришлось несколько раз переходить с одной лифтовой площадки на другую.

— В убежище лифты едут только до определённого этажа сектора и на одном лифте проехать все этажи не получится, — пояснил офицер.

— Безопасность? — задал очевидный вопрос. Мне сразу стало понятно, почему инженеры так спроектировали систему коммуникаций.