— Ладно. Занимайся. Вижу, понравилась штуковина.

— Есть такое, — бодро ответил Чёрт, — а точно звездолёт этим можно сбить? Какой-то снаряд хлипкий, пластиковый что ли?

— Угадал, — улыбнулся я. — Снаряд из полимерного пластика высокой плотности, устойчив к повышенным температурам, — ответил то, что мне самому объясняли, а ведь Чёрт задаёт те же вопросы, что и я задавал во время короткого инструктажа, подумал про себя, а сам продолжил объяснять, — стальной бронелист в два метра пробивает с расстояния в километр. И летит всё это расстояние по прямой, такая высокая начальная скорость. Только после трёх километров надо поправку вносить из-за проявления эффекта настильности траектории.

— Ого, ну ни фига себе… — совсем по-другому посмотрел на НР-12 старший лейтенант.

— Вот только по одному выстрелу на ствол. Элемент питания слабый, на один выстрел хватает и запасных элементов пока больше нет.

— Это проблема, — немного охолонул от нахлынувших чувств лейтенант. По его виду было понятно, что он в уме уже рисовал картины, когда с почтительного расстояния уничтожал пачками тяжёлую технику противника, — но иметь такую вундервафлю, это как пришло каре тузов на флопе, — не сдался офицер.

Едва он проговорил, в помещение вошёл ашш Сошша Хааш со вторым анторсом, что включили в мою группу. Как помнил, мне его представляли и это был истинно живой капитан ашш Онса Шосса. Этот капитан не принц крови, но состоял на службе в личной гвардии самого Верховного Представителя и имел очень добротную подготовку не только в плане выносливости, но и на очень высоком уровне владел практически всем оружием, в том числе и земного производства.

— Командир-хоск, входящие в группу анторсы прибыли по вашему приказу, — без высокопарных слов, но с соблюдением субординации доложился генерал-командор.

— Принято, принц крови. Смотрю, осваиваете новое обмундирование? — как только они вошли, сразу заметил, что оба облачены в жилеты с волнистой поверхностью, что защищают от излучения шнахассов. Им — анторсам этот девайс более необходим. С бо́льшего расстояния и намного критичнее на них происходит воздействие. Научники пытаются разобраться в этом факте, но пока далеко не продвинулись в изучении. Больших различий в строении организма между людьми и анторсами они не выявили, но это только первоначальные исследования.

— Да, командир, осваиваем.

Я переводил взгляд с ашш Сошша Хааш на капитана анторсов и что-то в их виде цепляло мой взгляд. Было что-то не так. Вот только что помнил о необходимости на какой-то детали заострить внимание, подсказать, но как-то так получилось, что из головы явно важная мысль вылетела и не хотела возвращаться. А я отчётливо помнил, что это важно, прям очень важно и именно для них.

— Что-то не так, командир-хоск? — поправляя снаряжение, как будто почувствовав себя неуютно под моим пристальным взглядом, осведомился ашш Сошша Хааш.

Выдержав паузу, силясь вспомнить важное, проговорил переключая мыслительный процесс на другой вопрос: «С прогнозом погоды ознакомили? Проблем не будет?».

Именно этот приём переключения мыслительной деятельности нам советовали, когда надо вспомнить что-то важное, но оно ускользает.

— Практически все летательные аппараты всепогодные. Тем более, для планеты такого класса.

— Ясно, — пробормотал, сделав пометку для себя, что надо осведомиться у Зайца, как ухудшение погодных условий скажется на выполнении задания задействованными земными лётчиками, у них же самолёты не всепогодные. Подумал и в очередной раз поймал себя на мысли, что верно заметил академик. Я не отождествляю себя с землянами. Может вжился в роль, а может и моя вторая, или первая сущность капитана Глена берёт верх.