— Благодарю за службу, — ответил коротко, положив трубку. Контрольное время начала лётной фазы операции согласовано неоднократно, обговорены как пути сближения с целью, так и взаимодействие с пилотами анторсами и здесь мне нового нечего добавить.

Разговор со Шевцовым также не затянулся. Министр спокойно выслушал мои доводы и, видимо с кем-то проконсультировавшись или проверив мои слова через помощника, дал добро на досрочный выход моей группы из убежища.

Голому собраться — только подпоясаться и через десять минут, я, в полном снаряжении и с двойным боекомплектом, наперевес с НР-12 стоял на месте сбора.

— Группа смирно! — стоя на платформе железнодорожной станции и ожидая, когда прибудет электродрезина, принимал доклад о готовности группы, — товарищ командир, группа в полном составе построена для боевого выхода. Больных, незаконно отсутствующих нет. Снаряжение получено, боекомплект укомплектован, докладывал майор Заяц, — и по нему не скажешь, что лётчик, во как проворно доложился, хотя я и не требую показушного следования Уставу. В бою, да. Устав написан кровью и, если на посту нельзя отвлекаться: читать книги, курить, спать и много ещё запретов, написанных кровью, но сейчас мы не на плацу.

— Вольно, — обходя строй, заметил, что у анторсов, да и у всех наших бойцов кроме меня, слева на бедре приторочена плоская сумка.

— Товарищ Бес, это вам, — протянул Чёрт мне такую же сумку, — это мы с ребятами покумекали и из одной лишней накидки сшили защиту для головы.

Приял сумку, развязал, вынул, осмотрел и не стесняясь примерил это творение современной инженерной мысли на голову. Грубо сшитый цилиндр с прорезями для глаз наподобие сплошного рыцарского шлема, сидел как влитой. Дышать трудно, обзор слабоват, но может хоть как-то защитит голову при экстренной необходимости.

— У всех такой?

— Да. Всем успели сделать. Это союзники придумали.

В это время прибыла электродрезина. До шахты, из который нам предстояло выбраться на поверхность километров двенадцать. Ехали молча. Каждый думал о своём. Мельком, чтобы не нервировать своим вниманием товарищей, всматривался в их лица. Кто-то, прикрыв глаза дремлет, кто-то сосредоточенно смотрит прямо перед собой, погрузившись в себя. Кто-то, едва заметно шевеля губами или молится, или напевает до боли знакомый мотив. Но всех их объединяет одно — готовность любой ценой выполнить задание…

Глава 11

— Прибыли, — под тихий визг тормозов, оповестил машинист или как иначе назвать водителя электродрезины я не знаю, — и… удачи вам, товарищи.

— Без удачи никуда, но лучше у виллы, — тихо кто-то скаламбурил, но я услышал.

По скорректированному плану пятая группа вышла на полчаса раньше, и наша шестая группа была последняя, кто поднимается на поверхность. Радиосвязь с группами до начала выполнения задания не предусмотрена — добираться до нужного квадрата и ждать расчётного времени будем в режиме полного радиомолчания. Я хотел и вовсе запретить радиообмен, не беря с собой рации, боясь, что по радиосигналу на нас наведут накрывающий огонь из-за горизонта или с орбиты, но товарищ Шевцов настоял о наличии минимум двух раций в группе. Пришлось согласиться. Тем более, мало ли как пойдёт, может и вправду — пригодятся.

— Все готовы? — стоя у ведущей на поверхность вертикальной лестницы, в последний раз осведомился. И это не блажь, и не перестраховка, а последняя возможность у того, кто почувствовал в последний момент себя плохо или неготовым к выполнению задания не стать обузой для всей группы. Впрочем, насколько знаю, ни разу ответ на этот вопрос не звучал отрицательным, по крайней мере, сведения о таких случаях до меня не доходили.

— Мы готовы, командир-хоск, — первым за анторсов ответил ашш Сошша Хааш, затем за всех землян ответил майор Заяц: «Готовы, командир».