Всё это время в переговорном устройстве раздавался голос ашш Сошша Хааш. Он что-то говорил, пытался подсказывать, но я не слышал. Мозгом я стал единым целым с оружием…

Сколько так времени прошло, сколько сбил летательных аппаратов врага — не знаю. Но глаза стали слезиться от напряжения, и острота зрения снизилась, заволакивая пеленой.

Корабль тряхнуло один раз, затем второй. Третий раз толчок оказался ощутимей и сквозь пелену помутнения до меня докричался ашш Сошша Хааш:

— Командир, не справляемся! Командир, ты меня слышишь⁈ Идёт третья волна и тогда нас зажмут! Командир-хоск! Надо выходить из боя!

— Принял, действуй, — ответил, когда от перенапряжения глаза полностью заволокло пеленой от слёз и я просто-напросто перестал видеть и различать цели.

Корабль вновь ощутимо тряхнуло, но в этот же момент меня с силой вдавило в противоперегрузочное кресло, и я потерял сознание…

Глава 14

Пришёл в себя рывком, словно вынырнул из водной пучины на поверхность и что насторожило, так это тишина. Открыл глаза — темно и мутная пелена перед глазами. Проморгался. Я лежал на спине в удобной… кровати укрытый чем-то плотным. Попробовал перевести себя из горизонтального положения в вертикальное. Тусклый красноватый свет тут же сменился на ярко-жёлтый и полностью осветил помещение. Осмотрелся.

«Та-ак, это не убежище, а каюта корабля. Значит с генерал-командором нам всё-таки удалось выйти из боя. Вот только почему меня положили не в убежище, а оставили на корабле? Насколько помню, по плану все летательные аппараты должны проследовать к „Ямантау-1“, где для них подготовили подземные укрытия», — думал, с недоумением смотря на свои босые ноги.

Оказалось, что я лежал без верхней одежды и разутый.

— Ничего не помню, — пробормотал вставая. Глазами поискал свою одежду, она вместе с оружием и амуницией оказалась лежащей на кресле. Не аккуратно сложенная, но и не сваленная в кучу. — Ладно, разберёмся. Сейчас бы поесть чего.

Сделал круг почёта, обойдя по периметру относительно просторную каюту. По размерам она не дотягивала до моего рабочего кабинета, но всё-таки для космического корабля мне она показалась излишне просторной и роскошной, где кроме санузла ещё находился душ, которым методом проб и ошибок воспользовался. Одеваться в грязную, пропахшую потом форму не стал, рассудив, что надо бы её сначала постирать. В одном из ящиков отыскалась какая-то одежда непривычного фасона — слишком вычурная, со множеством цветастых вставок, но другого ничего не нашёл.

— Надо бы доложиться, что пришёл в себя. И что сразу не додумался открыть каюту и вызвать дежурного или кто тут ещё есть⁈

Не успел подойти к двери, как та распахнулась.

— С пробуждением, командир-хоск. Вижу, нашёл во что переодеться, — хмыкнул, входя ашш Сошша Хааш.

— И тебе не хворать, Саша. Есть тут ещё кто, чтобы…

— Э-э-э, — замялся генерал-командор, — так мы, командир, в космосе. Мы на корабле одни.

— В смысле? В космосе? — вот тут пришло и мне время удивляться.

— Пошли лучше отобедаем. И я тебе всё расскажу. Как только понял, что ты проснулся, так поставил разогреваться аварийный рацион. Ну и здоров же ты спать…

Ел медленно. К аварийному рациону, что приготовил ашш Сошша Хааш уже был привычен и его вкус, и вид не казался необычным.