А по нам открыли огонь грамотно, выставив из-за поворота что-то мощное и паля так, что противоположная стена, которая образовывала «Т»-образный перекрёсток крошилась, принимая на себя мощные заряды. Мы сидели за укрытием, не предпринимая попыток высунуться. С нашим-то личным вооружением много не навоюешь, а ещё с противоположной стороны к нам приближался боевой робот. Когда готовились к выходу, я отдал приказ приготовить гостинцы и сейчас пришло для них время. Когда отвлеку оператора боевой машины на себя, один из солдат водрузит на механизм или под него припасённый заряд. Мы ожидали, что предстоит встретиться с боевыми роботами противника и поэтому приготовились. Собрали пару мощных зарядов, вот только с доставкой к цели у нас оказались проблемы, но если уж этот монстр едет к нам сам, то почему не воспользоваться случаем.

Как только боевая машина выехала из-за поворота я напрягся, но открывать огонь оператор сразу не стал. Водил системой визуального обзора из стороны в сторону, осматриваясь и осознав, что его не атакуют, двинулся вперёд.

— Эй! — замахал руками, привлекая внимание пилота боевой машины. — Я офицер, командир подразделения, что прибыло для усиления! — говорил тихо, но усердно жестикулировал. Так как не знал, есть ли микрофоны на этом типе боевой машины. На той, что была короткое время в нашем распоряжении микрофона, как и динамиков не было, но кто знает, может на этой модификации установлен полный комплект звуковой разведки. Поэтому говорил тихо, надеясь, что мои слова из-за грохота боя не поймут.

— Нам нужна помощь! На нас напали! У нас потери! — тыкал то в сторону лежавших тел, то в сторону коридора, но не высовываясь.

Боевой робот долго стоял на месте. Я засомневался, понял меня оператор или нет, или эта модификация не пилотируемая, а автоматическая боевая машина, но предпринял последнюю попытку. Извлёк из нагрудного кармана, куда поместил переданный мне коммуникатор погибшего офицера и потыкав в него повертел перед камерами внешнего обзора. Активировать его не смог, если честно и не пытался толком. Но и на эти манипуляции реакции не последовало. Краем глаза заметил поданный сигнал, что противник пошёл в атаку и не нашёл ничего лучшего, как пнуть его и практически закричать: «Что вы тут отсиживаетесь? Нас атаковал противник, а вы тут… Я буду жаловаться полковнику О́нто Буса́ти!».

Не знаю, что конкретно подействовало. Тычок или упоминание первого пришедшего на ум имени высшего офицера, что с угрозами вещал нам по видеотрансляции, но боевая машина развернулась и поехала в коридор навстречу противнику. В это время я подал сигнал, чтобы прикрепили сзади на корпус заряд.

— Не высовываться! — отдал приказ и прильнул спиной к стене, прислушиваясь.

Работа боевой машины слышалась отчётливо. Если носимое оружие не издаёт громких звуков, то оружие, установленное на боевом роботе давило по ушам. Прошло менее минуты и вой стих. Я выждал несколько секунд и выглянул из-за угла. Боевая машина, переползая через тела поверженных противников двигалась дальше.

— Быстро! Всем открыть огонь по заряду! — едва успел отдать приказ, так как оставалось всего-то несколько секунд, пока боевая машина скроется из виду…

Попали.

Взрыв был такой, что ударной волной меня отбросило назад и я, не удержав равновесие, упал на спину.

— Командир-хоск, — подскочил ко мне кто-то из анторсов. В голове шумело, глаза слезились, но нашёл в себе силы ответить: «Я в норме, что там?».

— Сейчас, — ответили и я заметил, как пара проследовала в чадящий дымом коридор.

С трудом поднялся, осмотрелся. Тела, что находились в коридоре обожжены, изуродованы и сразу не поймёшь, что это лежит бесформенным образованием. Вернулся обратно солдат, что уходил на разведку.

— Там тела. Много тел.