— Не пословицу, а поговорку, наверное. Сказал, что он — парень не промах?

— Да, точно! Надо же… Откуда вы знаете?

— У нас везде микрофоны стоят.

— А-а-а… Да, он так и сказал. Я, конечно, не стала ничего уточнять. Но он сам потом добавил… Я не помню дословно, но что-то типа… Э-э-э, я парень не промах, это враги вечно промахиваются… Им меня не достать, но я знаю, что надо делать. Что-то такое примерно!

— И как ты это поняла?

— Никак не поняла. Многие хвастаются, когда выпьют. И не такое слыхала.

— Бандиты хвастаются?

— Не, в этой бане бандитов почти не бывает. В основном, всякие бизнесмены. И… — Ольга посмотрела на Андрея с сомнением.

Он догадался:

— Менты?

Проверяя догадку, описал внешность зам начальника 13-го отделения Саши Борисова, своего давнего врага. Ольга кивнула:

— Приезжал раза два. Неприятный тип…

— Это точно.

— С ним ещё один был. — Она обрисовала наружность второго клиента. Память у девушки оказалась фотографической, словарный запас — очень ёмким. Шурик Сазонов угадывался моментально. — Этот получше, весёлый такой. Анекдоты рассказывал. И пушку свою в бассейн уронил.

— Хорошо, хоть не выстрелил…

Акулов припомнил последнюю беседу с Сазоновым. Шурик божился, что на территории ФОК никогда не был. Разве что проезжал мимо…

— Когда я уходила, Громов сказал, что, может быть, я его вижу в последний раз.

— Что?

— Так и сказал.

— Он имел в виду, что может погибнуть или что никогда больше не станет пользоваться твоими услугами?

— Я не поняла. Но, по-моему, он остался мною доволен. Я отношусь к этому как к обычной работе. Пусть она мне и не нравится, но должна быть какая-то ответственность. Стараюсь все делать как можно лучше.

— Хм… — Акулов покачал головой. Пытался понять. И не совсем понимал. Проклятое совдеповское воспитание! — Домой сразу поехала? Или ещё задержалась?

— Санёк сказал, что работы больше не будет. С ним поболтала, потом сходила в тренажёрный зал на полчасика… Когда уходила, столкнулась с одним человеком. Чуть дверью его не прищемила, поэтому и обратила внимание. Мне кажется, он шёл к Громову.

— Почему?

— Все спортивные группы уже отзанимались, да и не похож он был на спортсмена. В сауне — Громов, русскую парную тоже закрыли. Куда он ещё мог идти?

— Может, хотел просто узнать…

— Нет, у него другой вид был.

— Опиши.

— Моего роста, немолодой… — Как чуть раньше Сазонова, сейчас, столь же подробно, девушка обрисовала внешность Калмычного. — Он на машине приехал. Оранжевая иномарка. Я в них не разбираюсь, но там спереди эмблема такая приделана, я запомнила. Могу нарисовать.

Акулов достал авторучку.

На салфетке, прорывая стержнем тонкую бумагу, Ольга довольно точно изобразила эмблему «фольксвагена»: круг, на шесть частей разделённый пересекающимися прямыми линиями. Задав несколько вопросов, Акулов уточнил и модель.

— Номер, случайно, не разглядела?

— Я уже думала. Не могу сейчас вспомнить. Может быть, позже?

— Сразу позвони, — Андрей положил на стол визитную карточку.