Когда священник закончил читать псалом, один из вассалов лорда шагнул к Роберту, держа в руках накидку, тунику и пару сапог. Порыв ветра распахнул двери часовни, и они с грохотом ударились о стену. Несколько огоньков свечей робко затрепетали и погасли. Другой рыцарь поспешил вниз по проходу, пока Роберт переодевался. Поверх простой туники он надел накидку, некогда принадлежавшую его отцу, украшенную гербом графства Каррик. Ее покрывали пятна, и она была великовата ему в плечах и поясе. Роберту не хотелось начинать свой путь рыцаря в одежде с чужого плеча, и меньше всего в той, что принадлежала отцу, но возможности сшить новую не было. Пожалуй, это станет первым, что он сделает после посвящения.

Теперь настал черед престарелого графа Мара сделать шаг вперед, держа в руках длинный меч с широким лезвием. Во время ночных бдений Роберта он лежал на алтаре. На конце рукоятки красовался шар из бронзы, а сама она была обмотана полосками кожи. Он не видел лезвия — его скрывали ножны, но с уверенностью мог сказать, что оно было длинным, на несколько дюймов длиннее любого из тех клинков, которые когда-либо принадлежали ему. Оружие мужчины. Оружие настоящего рыцаря. Опуская его прошлой ночью на алтарь, дед сказал, что привез этот меч из Святой земли. Клинок дамасской стали вволю испил крови неверных на песках, по которым ступала нога Господа нашего Иисуса Христа. Ножны крепились к перевязи, уютным кольцом свернувшейся в руках у графа Мара.

Застегивая перевязь на поясе, Роберт встретил взгляд старого графа. Шагнув назад, он поправил ножны так, чтобы они висели под небольшим углом, а рукоять сместилась к животу, откуда он мог легко выхватить его. После того, как к его сапогам прикрепили шпоры, Роберт был полностью экипирован и готов принести рыцарскую клятву.

По кивку деда Роберт опустился на одно колено. Ножны с мечом мешали ему, а граф уже обнажил собственный клинок.

— Клянешься ли ты защищать свое графство? — требовательно спросил Дональд Мар, возвысив голос, чтобы перекричать рев ветра. — Клянешься ли ты служить Господу нашему? Клянешься ли ты защищать земли, вверенные твоему попечению, исполняя любые обязанности, которых может потребовать от тебя твое феодальное владение?

— Клянусь, — ответил Роберт, склоняя голову, когда граф поднял меч и плашмя опустил его на правое плечо молодого человека, задержав его на мгновение, прежде чем вновь поднять.

Роберт ожидал, что граф прикажет ему выпрямиться, но Дональд лишь отступил назад, а его место занял лорд Аннандейл. Роберт поднял глаза на морщинистое и суровое лицо деда. Взгляд его яростных черных глаз, сверкающих в тусклом свете, впился в него, проникая в самую душу.

— Я хочу, Роберт, чтобы ты, прямой потомок Малкольма Канмора, Брюс и мой внук, дал клятву защищать право нашей семьи на трон этого королевства безотносительно к тому, кто сидит на нем сейчас. — Голос деда звучал требовательно и жестко. — Поклянись мне в этом перед свидетелями, в этом храме Господнем.

Роберт помолчал, прежде чем произнести:

— Клянусь.

Еще несколько мгновений дед буравил его пронзительным взором, а потом суровое лицо старика расплылось в одной из редких улыбок, и он кивнул графу Дональду, подавая знак, что можно продолжать церемонию.

— Так встаньте, сэр Роберт, потому что принесенная клятва и меч, которым вы опоясались, сделали вас рыцарем.