– Говори, черт побери! – прорычал Трэвис. Он смотрел на Сюзанну, и это, казалось, будет длиться вечно. События недавние, давно прошедшие и ожидание будущего – все слилось в единый поток. Трэвис вновь ощутил острое желание. Он знал, что Сюзанна вряд ли сможет полюбить его, но не мог признаться в этом самому себе. Как бороться с охватившими его чувствами? Трэвис не находил ответа на этот вопрос.

Он притянул ее к себе и крепко обнял. Их тела слились в единое целое. Трэвис начал жадно целовать женщину, пытаясь пробудить в ней ответную страсть, такое же всепоглощающее желание.

При других обстоятельствах Сюзанна наверняка отказала бы ему и, возможно, сразу же прогнала бы Трэвиса. Но он уже держал ее в своих объятиях, и его губы, прикасающиеся к телу Сюзанны, уже зажгли в ней ответный любовный огонь. Она хотела Трэвиса.

Трэвис знал, что поступает опрометчиво, но у него не было выбора. Логика оказалась побежденной совместным натиском устремлений души и тела. Он отбросил осторожность, как ненужный хлам. Сюзанна заслуживала обычного женского счастья: иметь свой дом, обеспеченного и понимающего мужа, уходящего рано утром и обедающего дома. Она должна иметь детей, посещать приличные магазины, ходить в гости и принимать друзей у себя.

Трэвиса охватил страх при мысли, что он может потерять Сюзанну. Если бы семь лет назад он остался в Новом Орлеане и женился на ней, у них уже был бы свой дом, друзья, дети. Но Трэвис не сделал этого, и теперь в любой момент Сюзанна могла оставить его.

Помимо страсти его действиями управлял и здравый смысл. Трэвис знал, что не мог дать Сюзанне того, что она хотела. Он сильно изменился за прошедшие семь лет. Теперь Трэвис владел салуном в одном из самых шумных городков золотоискателей к западу от Миссисипи, в котором имел несколько собственных комнат. Каждую пятницу он спал с одной и той же шлюхой, пил немного больше, чем следует, слишком много курил и неплохо обращался с оружием. Он уже не тот наивный юноша, которого полюбила Сюзанна. И все же Трэвис не мог отказать себе еще раз насладиться ее страстью. Трэвис не сомневался, что она хотела его так же, как и он ее.

Он наклонился и поцеловал шею женщины, затем стал спускаться все ниже и ниже, пока его губы не оказались в ложбинке между ее полных округлых грудей. Логика покинула Трэвиса, уступив место похоти, потребности любить и быть любимым, пусть даже в течение нескольких минут.

Сюзанна нежно обвила руками его шею и поцеловала Трэвиса, вложив в этот поцелуй всю свою страсть. Она приехала в Вирджиния-Сити, чтобы отомстить Трэвису, но ее собственное сердце изменило ей. Оказывается, все эти годы Сюзанна любила Трэвиса, и любит до сих пор.

Она почувствовала, как его сильные руки снимают с нее халат. Полупрозрачная шелковая материя соскользнула на пол. Трэвис снова обнял Сюзанну и жадно впился губами в ее губы, затем осторожно уложил ее на пол, устланный ковром. Его руки нежно ласкали ее тело, освобождая от остатков одежды. Затем Трэвис приподнялся, любуясь красотой женщины. Ее упругие полные груди, тонкая талия, стройные бедра – все это теперь принадлежало только ему.

Тело Трэвиса напряглось, почти окаменело от желания. Он коснулся языком ее розового соска и начал нежно ласкать его, скользя руками по бесчисленным округлостям ее тела. Сюзанна вздрагивала от его прикосновений, и в то же время ей нравились эти сладкие муки, предвкушение наслаждения, которое они уже однажды испытали вместе.

Вдруг Трэвис слегка оттолкнул ее.

Сюзанна открыла глаза, удивленно глядя на Трэвиса. Ей до боли не хватало его ласк. Каждая клеточка ее тела жаждала новых прикосновений.

Трэвис сбросил жилет и отшвырнул его в сторону, затем стал снимать кобуру и поясной ремень. Вскоре вся его одежда лежала на полу. Он жадно впился в губы Сюзанны и крепко обнял ее. Им овладел небывалый восторг от близости с ней.