— Черт возьми, — еле слышно прошептала Миледи, — а почему бы не попробовать?

Поставив на стол кружку с чифиром, Псих прикурил сигарету.

— Вообще-то ты прав, — выпуская дым, кивнул он. — Засиделись мы в Кирове. А чего ждем — хрен его знает! Надо послать Бура на вокзал. Пусть билеты в предварительной кассе возьмет. Перед самым отправлением к вокзалу подскочим и на перрон. Ни один легавый срисовать не успеет.

— В натуре, — немедленно согласился Лютый. — Надо было еще вчера его послать. — Он поднялся и шагнул к двери. — Пойду побазарю с ним. — В дверях он столкнулся с входящим на кухню Буровым.

— Во! — обрадованно воскликнул Дубов. — Мы с тобой…

— Название деревни, где живет тетка Аллы, — перебил он. — И фамилия?

— Послезавтра мы сыграем свадьбу, — улыбаясь, сообщил Алле вошедший в спальню Зарецкий. — Надеюсь, у тебя возражений не будет?

— Никаких, — весело ответила она. — Кроме одного.

— Интересно, какого? — холодно спросил он.

— Впрочем, даже не возражение, — улыбнулась Бочарова, — а предупреждение.

— Вот как? — насмешливо спросил Иван Артемьевич. — И о чем же ты хочешь предупредить?

— О том, — вполне серьезно начала она, — что есть довольно веская, на мой взгляд, причина, по которой бракосочетание придется отложить.

— Вот как? — криво улыбнулся он. — Но я хочу тебе сообщить не менее важную, я думаю, причину, по которой тебе просто необходимо именно послезавтра стать моей женой.

— Может, ты назовешь ее раньше, чем я свою?

— Я хотел бы услышать, что может удерживать тебя.

— У меня нет свадебного платья! — довольно сердито сказала она. — А это моя первая и, надеюсь, последняя свадьба. И поэтому я хотела бы, прежде чем стать женой, быть действительно невестой!

— И все? — изумленно посмотрел на нее Зарецкий.

— А ты считаешь, этого мало?

— Тогда хочу сообщить вам, Алла Кирилловна, — торжественно проговорил Иван Артемьевич, — что только что прибыл портной, чтобы снять мерку для прекрасного свадебного платья. И уже завтра оно будет готово!

— Ура! — бросаясь ему на шею, закричала Алла. Покрыв его лицо поцелуями, она освободилась из обхвативших ее талию рук. — Хватит, милый! Хватит! Ведь через ночь у нас с тобой будет наша, и только наша с тобой ночь! — Бочарова с улыбкой села на кровать. — А теперь твоя очередь сообщить мне о необходимости послезавтра стать моим мужем.

— А разве мало того, — на секунду смешался он, — что я люблю тебя?

— Очень веская причина для безоговорочной капитуляции.

— Вот и прекрасно, — улыбаясь, Зарецкий пошел к двери. — Я сейчас пришлю портного. — Закрыв за собой дверь, он несколько секунд стоял неподвижно. «Нет, — Иван Артемьевич покачал головой. — Что-то здесь не так. И поэтому нужно подстраховаться».

Охотник, вставив затвор в винтовку, вздохнул и поставил ее в угол. Взял со стола пистолет, заглянул в темный зрачок ствола.