Лютый, сунув пистолет за ремень, полез следом. Достигнув верха, Бочарова перевалилась через край вагона и опустилась на деревянные плиты.

— Это ничего, что мы одеты? — с улыбкой спросила она Психа.

— Я думал, в вагоне торф или песок, — ответил он. — Тогда лучше без одежды. А то потом все пялиться будут. В общем, видок будет еще тот.

— Почему? — удивилась Бочарова.

— Во-первых, запах, — сдержанно сказал Смирнов.

— А во-вторых? — моментально спросила Бочарова.

— Да иди ты! — огрызнулся Псих.

— Я лучше лягу, — вытягиваясь на гладкой плите, заявила она.

— И как тебя муж терпит? — удивленно посмотрел на нее Лютый.

— Понимаю! — засмеялась Бочарова. — Вопрос задан только для выяснения моего семейного положения. — Она лукаво посмотрела на растерявшегося Дубова. — Отвечаю: можешь смело ухаживать, ибо я от брачных уз совершенно свободна!

— Я бы удивился, если бы ты была замужем, — вполне серьезно сказал Смирнов.

— Это почему же? — удивилась Алла.

— Да ни один мужик, если он не идиот, не возьмет тебя замуж. Уж лучше в тюрьме сидеть.

— Благодарю за скромную оценку моих талантов, — засмеялась она. — Но смею вас заверить, что так думают далеко не все. — Ее лицо внезапно помрачнело. — Точнее, мне казалось, что кое-кто так не думает, — оставаясь верной себе, попыталась пошутить Бочарова. Но всем стало ясно: она здорово расстроена.

Некоторое время все молчали, думая каждый о своем. И эта пауза спасла их: неожиданно они услышали приближающиеся негромкие голоса.

— Какого хрена здесь ходить? — послышался молодой ломающийся голос. — Так они здесь и нарисовались! А если и появятся — их двое, и нас тоже двое! Прихлопнут, как комаров, и все!

— Да тише ты! — сердито прервал другой голос. — Пройдем до конца. Встречный проедет — назад потопаем.

Снизу послышались тяжелые шаги двух человек. Коснувшись подельника, Лютый кивнул вниз и резко провел ладонью по горлу. Смирнов отрицательно покачал головой. Послышался длинный гудок подходящего к станции встречного поезда.

В комнате, оборудованной, как спортивный зал, громко звучала ритмичная музыка. Софья в смелом купальнике, с придерживающей густые волосы широкой лентой на лбу, выполняла быстрые, напоминающие танец упражнения. Вошел Бочаров. Недовольно посмотрев на жену, что-то крикнул. Его голос утонул в грохочущем ритме ударника. Прыжком расставив длинные сильные ноги в стороны, подняв руки вверх, женщина повернулась в такт музыке. Увидев мужа, тряхнула волосами, выключила магнитофон.

— Я сколько раз тебя просил делать музыку тише, — устало проговорил Кирилл Семенович. — А еще лучше выполняла бы свои упражнения под плейер.

— Но, милый, — она подошла к мужу, — мне нужен грохот живой музыки! — Софья поцеловала мужа. Отступив на шаг, спросила: — Что с Аллой? — Увидев сразу помрачневшее лицо мужа, гневно воскликнула: — Да что же это такое! Двух головорезов найти не могут! — Затем тише, обеспокоенно спросила: — Неужели никаких следов?

Тяжело вздохнув, Бочаров отрицательно покачал головой.

— А что милиция говорит?

— Что ищут, — хмуро ответил он. — Все ищут. И милиция, и внутренние войска, и мы, и Гольских! — Кирилл Сергеевич довольно грубо выругался. — И ничего! — зло добавил он.