|
Из «ситроена» вышли еще двое и, держа руки в карманах, остановились возле ворот. В открытую выскочившим шофером дверцу вылез грузный лысоватый мужчина лет пятидесяти. Не задерживаясь, прошел через открытые парнями ворота и вошел в большой двухэтажный особняк. Поднялся на второй этаж. В просторной светлой комнате трое мужчин играли на бильярде.
— Тарас! — увидев вошедшего, воскликнул один из них.
— Что случилось? — положив кий, спросил рослый загорелый детина.
— Не получилось ни хрена, — недовольно проговорил вошедший. — Не смог я договориться с Бочарой! Он в ярости — Псих у него дочь похитил. Говорит, поймаю — шкуру спущу! — Усевшись в большое кресло, взглянул на детину. — А ты, Арсентий, как? Договорился с Тонькой?
— Она просит Нинель завалить, — жуя жвачку, прогудел загорелый. — Мол, Дьячкова под себя все гребет. А с ней сейчас насчет Психа базарить — дохлый номер. Ей самой он нужен.
— К тому же, убрав ее, мы наверняка будем иметь неприятности, — поморщился усатый крепыш. — Она все-таки дочь Старика. И почти все приняли ее…
— Да и хрен на всех! — запальчиво крикнул третий, худой брюнет с длинными кудрями. — Замочим сучку! И под свой контроль все ее дела!
— Не получится, — не согласился усатый. — Старика нам простили, потому что он всем поперек дороги становился. И чужим, и своим. А Нинель умную политику повела. Небольшой процент с прибыли берет. Все довольны и делают себе бабки. Она всем делягам в кайф. И охрану им обеспечивает, и деньги делать не мешает.
— Да ты, Иван, испугался, что ли? — закричал кудрявый. — Лично я всех в гробу видел!
— Сашко! — строго оборвал его Тарас. — Иван прав. Если мы убьем Нинель, это война! А она нам не нужна. И не потому, что не сможем справиться. Мусорам только повод дай! Они нам враз пресс устроят.
— Так, может, простить Психу смерть Гришки?! — закричал, срываясь на визг, Сашко.
— Никто про это не говорит, — зло одернул его Арсентий. — Но и дуром тоже лезть не дело. Лично я считаю, что с Нинель можно договориться. Она сама за ним охотится. Предложить свою помощь. Когда получит с него то, что хочет, мы свое предъявим.
— Ус тоже Психом интересуется, — напомнил всем Иван. — Можно и с ним об этом поговорить. Он наверняка послал людей в Киров.
— Я говорил: надо было Психа в крытой мочить! — снова заорал Сашко.
— Чужими руками за брата мстить? — зло спросил Арсентий. — Он поэтому и живой пока, что мы сами должны из него кишки выпустить.
— Черт возьми! — воскликнул усатый. Братья удивленно уставились на него. — Сажина в Москве. Вот где надо Психа ждать.
— Думаешь, он пройдет боевиков Бочары? — недоверчиво спросил Арсентий. — Ведь у того ребята — не балуй! Ментов Псих, может, и проскочит, а вот Бочару… — он с сожалением вздохнул, — навряд ли.
— Тогда надо послать наших людей в Киров! — предложил Сашко.
— И начать войну с Гольских? — насмешливо поинтересовался Иван. — Или ты забыл, как мы его товар в Горьком перехватили? Так он напомнит!
— В общем, так, — решил Тарас. — Ты, Ваня, — он посмотрел на усатого, — съездишь к Нинель. Узнаешь, что она по договору насчет Психа думает. А ты, — Тарас взглянул на Арсентия, — встретишься с Усом. |