— А если и там, и там голяк? — нетерпеливо спросил Сашко.

— Тогда и думать будем! — не терпящим возражения тоном проговорил Тарас.

Нина вошла в спальню и сердито посмотрела на дверь в соседнюю комнату, из-за которой слышались громкие крики и почти непрерывная стрельба. «Боевики смотрит, шлюха!» — зло прошептала она. Дьячкова была недовольна. Сегодня она разговаривала с людьми отца. И поняла: ее приняли не все. И, пусть немногие, дельцы теневого бизнеса предпочли ей Спицину. Но делить деньги, а следовательно, и власть ни та, ни другая не хотели. Раздевшись, Нина подошла к широкой кровати. Включила настольную лампу, взяла толстый журнал и легла. В соседней комнате, как нарочно, увеличили звук. Она порывисто вскочила. Взяла сигарету. Длинная пулеметная очередь из соседней комнаты как бы подтолкнула ее к двери. Нина распахнула ее и вбежала в большую, обвешанную коврами комнату. Совершенно голая, как и она, Тоня, лежа на кровати, лениво потягивала через соломинку какой-то напиток. Подбежав к стоявшему на высокой подставке телевизору, Дьячкова с силой ткнула пальцем в выключатель.

— Какого черта?! — вскакивая, заорала блондинка.

— Выметайся отсюда, шлюха! — угрожающе шагнула к ней Нина.

Уперев руки в крутые изгибы сильных бедер, та издевательски засмеялась. Дьячкова бросилась к ней. Сильная пощечина как бы выключила смех. Тоня ответила тем же. Сжав кулаки, обе кинулись вперед. Удары женщин были несильными, да и неточными. Отбив себе кулаки, они сцепились. Пытаясь повалить одна другую, делая подсечки и уходя от них, женщины закружили по комнате. Отсутствие одежды не позволяло бороться в полной мере, а разойтись не давала горевшая в глазах обеих злоба. Загремел опрокинутый стол. Завизжав, обе пустили в ход длинные ногти. Обнаженные тела и руки покрылись кровоточащими царапинами.

Женщины ухватили друг друга за волосы. Попавший им под ноги небольшой раскладной стульчик со звоном отлетел в сторону. Споткнувшись о задравшийся край ковра, они упали и, обхватившись, покатились. Скользкие от крови тела, равные силы и знание борьбы не позволяли кому-то удержать противницу внизу. Их сплетенные ноги задели подставку под телевизором. Телевизор качнулся, но устоял. Рыча, иногда вскрикивая от боли, женщины продолжали бороться. На какое-то мгновение их разъединил упавший со стола магнитофон. Они вскочили. Обхватившись руками, плотно прижавшись, несколько секунд они боролись стоя. Затем, не разжимая рук, повалились вправо и, подмяв картонную коробку с видеокассетами, по пояс ввалились под подставку, на которой стоял телевизор. Пытаясь вырвать плечи из тесного пространства, они отчаянно дергались. Подставка покачнулась и наклонилась. Телевизор полетел вниз. Отчаянный вопль двух женских голосов и грохот рухнувшего телевизора слились воедино.

Положив трубку, Катя несколько минут сидела неподвижно, потом встала. Нервно закурила и подошла к окну. «Если бы я знала об этом тогда, — прошептала она. — А ведь ты прав, я именно так и сделаю».

В комнату неслышно вошел Киборг. Услышав голос, удивленно осмотрелся. Подошел к Кате:

— Что с тобой? — заботливо спросил он. — С кем ты разговариваешь?

— С собой, — быстро ответила она. Киборг удивленно хмыкнул:

— Да? Но раньше я не замечал этого за тобой.

— Раньше я была дурой, — вполне серьезно сказала женщина. — И только сейчас это поняла. — Обняв его мускулистую шею, она чмокнула бритую голову. — А почему ты сбриваешь волосы?

— Я Киборг. — Легкая улыбка промелькнула на его тонких губах.

— Не обижайся, — улыбаясь, попросила Катя.