— Я хочу послушать, что вы можете предложить мне взамен потенциально утраченных сильнейших кораблей Черноморского флота. Скажу вам начистоту — вы кавалерист, а рассуждаете о кораблях. Никакой моряк вам бы попросту не поверил. Даже слушать бы не стал.

— Кроме вас.

— И я тоже. Но вы продолжайте. А я подумаю. Что еще вы можете предложить флоту?

— Компактную установку для очистки морской воды[5], что освободит корабли от необходимости возить большие запасы пресной воды с собой.

— И как скоро?

— Первые штук десять в течение года. Дальше — хоть по полсотни в год.

— Еще. — улыбнулся Лазарев.

— Электрическое освещение кораблей. Пожаробезопасное. Во всяком случае по сравнению с открытыми источниками огня.

— У вас вон, до сих пор керосиновая лампа.

— Мне тут так сильно проще. Там ведь потребуется хотя бы маленькую паровую машину ставить, чтобы приводить в движение электрический генератор. Оно тут совсем не нужно. Да и лампы будут жить совсем недолго. Если не верите мне — давайте сходим в Казанский университет. Там уже есть опытная установка.

— Опытная… — покачал он головой.

— Я не спешу технически вооружать наших врагов.

— Что еще?

— Ледокол. Специальной постройки корабль, для вскрытия льда и навигации на Балтике зимой.

— Кхм. Вы серьезно?

— Абсолютно. Это, кстати, несложно совсем. По сути, это винтовой пароход с толстой металлической обшивкой и особой формой корпуса.

— Ладно. Это все хорошо, даже если получится, но не то. Вы мне лучше скажите — чем мне отбиваться от врагов, если ваша история с броненосцами провалится.

— Якорные мины вам Якоби уже изобрел. Я могу помочь с их производством. Подводные электрические фугасы еще раньше стали известны. Что еще? Шестовые мины можно использовать, хоть это и безумие.

— Что сие?

— Катер какой быстроходный с выдвижным шестом, на котором мина с ударным взрывателем. Он подходит к кораблю и взрывает такую мину о борт. Но это, как я уже сказал, сущее безумие. Лучше их делать самодвижущимися.

— Они тоже безумие? — усмехнулся Лазарев.

— Нет. Зачем? Делаем герметичную «сигару» корпуса. В переднюю часть помещаем мину со взрывателем. Остальное — это баллон со сжатым воздухом и гребной винт, который вращает выпускаемый воздух. Запускать их можно с катеров, шхун и прочей мелочевки. Подошли в ночи на кабельтов или ближе в полной темноте. Пустили такие мины. И ушли. Можно даже на веслах подходить, чтобы мачта на фоне ночного неба не маячила. Что еще? Ну и пушки с ударными гранатами. Их можно много, где поставить. Если с нуля их сделать не получиться, можно будет в 36-фунтовые пушки помещать кованую трубку с нарезами под меньший калибр или еще чего выдумать…

Разговор их тянулся и тянулся.

Лев же генерировал всякого рода полезные идеи одну за другой, где-то вспоминая их в чистом виде, где-то адаптируя к ситуации. Лазарев же думал… много думал. Сохраняя, впрочем, скепсис. Ведь слова словами, а дела делами…

[1] Гондек — нижняя артиллерийская палуба на парусном корабле.

[2] Лев предложил Лазареву переделать линкоры в типичнейшие казематные броненосцы, вроде тех, что строили массово южане в Гражданскую войну США (вроде CSS Tennessee 1863 года). В первую очередь, потому что так было проще и дешевле при невысокой технологической базе, а эффективности их было за глаза.

[3] Типовые котлы 1840-х представляли железную бочку на боку, через которую пропускали 1–3 толстые трубы снизу, по которым выходили газы из топки. Это были времена, когда котла были еще очень примитивные и малоэффективные.

[4] 1-ая пара — цилиндр высокого давления и компрессор, 2-ая пара — цилиндры среднего давления, 3 и 4-ая пары — цилиндры низкого давления.