Пока я бежала, я постоянно видела перед своим мысленным взором серые глаза Самаэля, но в них не было огня. Лишь его скорбное выражение, или та складка между бровями, из за которой он выглядел озадаченным.

Странное порхание над головой отвлекло меня на мгновение. Я посмотрела вверх и в шоке увидела серебристый воздушный шар, дрейфующий по небу. Кто то сбрасывал оттуда крохотные бумажки, усеивавшие улицы.

Я подняла одну из них, и это оказалась фотография Элис. Подделанная  фотография Элис.

Я не могла привести мысли в порядок настолько, чтобы прочитать текст, но я всё равно знала, что это такое. Чистой воды пропаганда.

Вокруг меня люди подбирали бумажки и потрясённо зажимали руками рты. Я скомкала фото и побежала дальше.

– Она не настоящая! – кричала я всем, кто мог услышать. – Она не настоящая!

Я выглядела как буйнопомешанная.

Мне казалось, будто моё сердце разрывается на куски, и я просто должна была бежать дальше.

Но когда я увидела яркие светлые волосы и ворона на плече, то вся вспыхнула от злости. Это был Финн… шагавший рядом с ещё одним членом Свободного Народа; их чёрные рубашки застёгнуты на все пуговицы, запонки блестели. Они шагали быстро и направлялись к замку. Наверное, собирались посмотреть, сработала ли бомба.

Я хотела выбить из него всё дерьмо.

– Финн! – заорала я.

Он резко развернулся, широко раскрыв глаза. Его друг тоже посмотрел на меня.

Тьма скользнула по мне, когда я бросилась к ним. Мои пальцы подёргивались, и я до глубины души сожалела, что не украла пистолет Финна ранее. Клубы ярости в моём сознании бурлили так неистово, что мне сложно было формулировать слова и вообще связно мыслить.

Финн выглядел немного неуверенно.

– Лила! Скажи мне, что случилось. Ты это сделала? – его акцент едва заметно изменился. Но я всё же заметила. Он изображал аристократичный акцент ради своего нового друга.

Другой член Свободного Народа смерил меня взглядом как будто с отвращением.

– Это она?  – его заметно передёрнуло.

Я представила, как разбиваю его череп о мостовую.

– Ты соврал мне, Финн, – процедила я, подходя ближе и показывая пальцем на его лицо.

– Ты искупила свои грехи? – спросил незнакомец.

О чём он вообще говорит?

– Искупила? Какие  грехи?

– Ты развратила своё тело с ним. Осквернила себя и предала свой род. Ты наслаждалась их роскошью как шлюха и позволяла ему использовать тебя, – снова передёргивание.

– Ты тоже так думаешь, Финн? – спросила я.

– Ты это сделала? – только и сказал Финн. – Ради твоей страны? Ради Альбии?

– Заткнись нахер, Финн. Где Элис? – прошипела я. – Я знаю, что она жива.

Он нахмурился, но я видела на его лице удивление.

– Мертва. Я показал тебе фотографию.

– Это ваши люди убивали тех женщин? – спросила я. – Тех, что с вырезанными наружу лёгкими? Вы винили во всем ангелов. Но это ваших рук дело?

– Надвигается буря, – сказал незнакомец, и его глаза были холодны как лёд. – Мы должны очистить наши земли от их вида и тех, кто с ними сношается. И я знаю, что некоторые наши методы кажутся жестокими. Но ангелы способны на ужасные поступки, и их нужно истребить. Иногда на жестокость надо отвечать жестокостью. Смертные женщины, которые сношались с Соуриалом, Армаросом и остальными, порождают отпрысков монстров. Эти денегератки производят на свет нефилимов. Это война, и никто не выигрывает войну, не пролив крови, ведь так? Мы делаем всё возможное для нашей страны.

Хватит с меня этой чуши.

– Как по мне, это прозвучало как признание вины, бл*дь, – я сделала шаг вперёд и врезала кулаком по подбородку Финна.