Эх, Степан, Степан… Твоя вера в чудеса тебя погубит.

Я совершенно не собирался предпринимать что-либо. Пока не собирался. Мне нужно вычислить засранца, который все это замутил. Мне нужно понять его цель.

Конечно, если что-то пойдет не так и я почувствую угрозу своему существованию, тогда, да. Тогда придется блеснуть талантами Падшего. Но это — очень крайний случай.

Парни завели нас в церковь, а потом… ушли, скромненько прикрыв за собой дверь.

— Эм… И все? — Поинтересовался я им вслед. — Ради этого все затевалось? А где же праздничные колпачки и дуделки⁈ Почему никто не встречает нас криками: «Сюрприз⁈».

Конечно, некоторые проблемы все-таки имелись. Например, перед уходом парни связали Маркову не только руки, но и ноги. Не знаю, зачем, патологоанатом из нашей троицы самый безобидный. Если не считать, конечно, его фанатичную тягу к спасению людей. Степана мёдом не корми, дай причинить кому-нибудь добро.

Марию Семеновну постигла та же участь. Ну, с блондинкой как раз все понятно. Удивлён, почему ей не заткнули рот.

Патологоанатома вместе с майором осторожно посадили возле стеночки. Они теперь выглядели как две акуратно упакованные, но сильно недовольные сосиски.

Мне мрачно сообщили, что церковь окружена большим количеством людей, сидящих в засаде, и защищена особым заклинанием. Если попробую выйти, ничего у меня не получится.

Я искренне заверил парней, что совершенно не собираюсь никуда идти. Наоборот. Буду сидеть на месте, как паинька. Очень желаю посмотреть, в какую сторону изменится сюжет пьесы во втором акте. Хотелось бы увидеть все действующие лица.

И вот когда крепыши удалились, Мария Семеновна не нашла ничего лучше, как переключится на нас с Марковым. Ее злость требовала выхода, а жертвы психологического абьюза блондинки трусливо сбежали. Уверен, они просто не вынесли ее токсичности.

— Кто такой Оби-Ван Кеноби? — Поинтересовался я у Степана, игнорируя ругань майора.

— Да так… — Вздохнул Марков. — Герой одного фильма. Вряд ли ты его смотрел. Забелин, скажи, а с твоей стороны вообще предполагаются какие-то меры по нашему спасению?

Патологоанатом поднял руки вверх, показывая мне узлы на запястьях. Потом опустил голову и выразительно посмотрел на свои связанные ноги.

— На тебе всего лишь наручники. — Продолжил он, — Не понял логики этих братков, но мне кажется, более правильно было связать тебя по рукам и ногам, а уж точно не нас. По крайней мере, благодаря их недальновидности, ты можешь освободиться от браслетов и помочь нам.

— Кто? Мажор⁈ Помочь⁈ — Мария Семеновна громко рассмеялась. — Да он только о своей заднице способен думать. Ведь смог прижать их вожака. Там, на дороге. Имел все шансы диктовать условия. Они бы не причинили вред своему же корешу. Нет! Взял и отпустил его. Просто взял и отпустил! И в конце концов, объясните мне про эту светящуюся хрень! И почему вообще в разговоре звучало слово «заклинание». У меня такое чувство, что я попала на съемки очень поганого низкобюджетного фильма.

— Товарищ майор, вы очень заблуждаетесь. — Я оставался спокоен, на претензии блондинки старался не реагировать. Хотя, скажем прямо, это совсем нелегко. — Они бы убили Петю без малейших сомнений. Им было велено притащить нас в конкретное место. Ради этого они готовы на все. Мне искренне плевать на судьбу Пети, но использовать его в качестве козыря для переговоров — идея не очень. Это — первое. А второе — считайте столь странное поведение моей стратегией.