– Это какую же? Без пуговиц?

– Извини, – смутилась Элис. – Я ее починю. Заштопаю и пришью пуговицы.

Натан подошел к женщине, прижал ее к своей широкой груди и тихо сказал:

– Не смей извиняться. Никогда. Таких рубашек тысячи, а ты у меня одна-единственная.

Они долго и нежно целовались и оторвались друг от друга только тогда, когда в кухню приполз Колин. Он уселся на ботинок Натана и уставился на родителей своими небесно-голубыми глазенками.

– Ты только глянь на него, – рассмеялся Натан, подхватывая малыша на руки, – он уже пытается самостоятельно пройтись по дому.

– Господи, помоги мне! – взмолилась Элис. – Я не выдержу двух мужчин Уэллесли одновременно!

Натан обнял ее, и Элис запомнила это мгновение на всю жизнь. Они стояли обнявшись – трое самых близких людей, понимавших, как это прекрасно, когда вы – семья. Спустя годы Элис будет об этом рассказывать своим внукам.

* * *

В среду ранним утром Натан обнаружил, что у него осталось очень мало патронов.

– Черт! – выругался он, еще раз обшаривая седельную сумку. Полкоробки для «кольта» и того меньше – для «винчестера». Ну почему он не заметил этого в понедельник, до того как отправился в город? Да потому, что так расстроился отказом Элис выйти за него замуж, что ни о чем другом думать не мог!

Нахмурившись, он вернулся в дом. Сегодня придется съездить в город и пополнить запас патронов. Хорошо еще, что он вовремя спохватился, а не, например, в пятницу, когда могло бы быть поздно.

Озабоченно улыбаясь, Натан думал об Элис. Вечером он собирался сказать ей о том, что в Биксби со дня на день ожидают появления бандитов. Но необходимость поездки в город заставила Натана решать: сказать Элис об этом сейчас или после возвращения из города? Если он скажет ей сейчас, то она остаток дня проведет в страшном волнении. И он отложил разговор до вечера. В конце концов, он пробудет в городе не больше часа, бандиты же приедут в Биксби не раньше завтрашнего утра.

– Мне надо съездить в город, – сказал он Элис. – Хочешь прокатиться со мной?

– Нет, спасибо, – покачала головой женщина. – Вчера я собрала целую корзинку черники и сегодня хочу сварить варенье.

– Ладно, – кивнул Натан. – Я скоро вернусь. Провожая Натана взглядом, Элис думала о том, успеет ли она до его возвращения быстренько съездить к Линн. Она знала, что Натан рассердится, если узнает о ее тайных визитах к подруге. Но Элис не терпелось сообщить Линн о том, что между ними все наладилось, а если Натан будет сидеть рядом, то никакого разговора у них не получится. Она пробудет у Линн всего двадцать минут и успеет вернуться домой до приезда Натана. Так он ничего и не заметит. Приняв решение, она подхватила Колина на руки и поспешила в спальню.

Сквозь прозрачную занавеску Элис видела, как Натан садился на лошадь и выезжал со двора. Усадив Колика в заплечный мешок, она побежала в сарай, быстро оседлала свою кобылу, села в седло, передвинула мешок с ребенком к себе на грудь и на мгновение задумалась: ехать по дороге, что займет больше времени, или сократить путь через поле, разделявшее обе фермы, что чревато неприятностями? В конце концов она решилась. Ударив лошадь каблуками и громко причмокнув губами, Элис направила кобылу через поле. Вскоре она уже мчалась вдоль опушки ореховой рощи.

По пути в город Натан несколько раз останавливал коня. Оглядываясь назад, он боролся с недобрыми предчувствиями, одолевавшими его. Инстинкт самосохранения, много раз спасавший Натану жизнь, предостерегал его об опасности. Знакомый холодок побежал по спине. Несмотря на необходимость пополнить запасы патронов, Натан вдруг развернул коня и пустил его вскачь.