Вы же помните, что упырь Нарышкин напихал везде каббалистических ловушек? Я и не сомневался, что к их проектированию приложили свои клешни специалисты Тёмной Реки.

И вот, полюбуйтесь.

Не успел я и пары шагов ступить, как из скрытых в полу каналов с шипением повалил ядовито-жёлтый газ. Мерзость какая! Это ведь оружие массового поражения, или нет? Впрочем, Нарышкину терять нечего — он и без всякого газа попал на редактирование.

У инквизиторов на такие случаи имелись маски с фильтрами, чтобы ещё и глаза защищать. Я же оперативно сплёл вязь укрепления доспеха и снабдил свою защиту устойчивостью к ядам. В прошлой жизни мне не раз приходилось валить опасных тварей в болотах, где хватает испарений, токсичных грибов и прочей напасти. Да и сами страшилища порой испускают зловонные миазмы, которым любой подпольный химик позавидует. Так что у меня свои фильтры, магические.

Дрянь быстро заполнила холл, превратившийся в непроветриваемую смертельно опасную ловушку. Меня это, разумеется, не остановило. Как шёл, так и шёл. Краем глаза засёк шустрый силуэт в противогазе. Мету, что ли, послали на разборки? Это вы зря, не поможет.

Противник взмахнул топором, рассекая пустое место.

Пустое, потому что я уже находился в другой точке и всаживал сакс одарённому под рёбра. С хрустом, огненным уроном и проворотом. Переступив через упавшее тело, начал подниматься по лестнице.

Эх, Нарышкин.

Вот же трусливый слабак!

Выскакивающие из стены лезвия я просто хватал голыми руками и переламывал. Усиление, такое усиление. Не удивлюсь, если эти штуки ещё и отравлены, но мне пофиг.

А лестницы тут реально широкие.

Не императорский дворец, но вполне себе средний уровень.

Добравшись до бронированной заглушки, я положил на неё ладонь и за несколько секунд проморозил насквозь. После этого можно было рубануть молнией, но зачем? Я просто ударил кулаком, напитав его силой, и пробил в толстой плите здоровенную дыру. Ещё несколько ударов — и можно пролезть.

Второй этаж.

Первыми меня встретили големы, но в узких коридорах не больно-то развернёшься с молотами и булавами. Мне даже сакс с пистолетом не потребовались. Каждому болвану по двойке — заморозить и развалить на куски. Вроде и сильные эти тролли, но такие неповоротливые!

Пять или шесть големов я превратил в труху за считанные секунды.

От вылетающих из стен дротиков даже отмахиваться не стал — всё принял на доспех.

И неспешно зашагал вперёд, не забывая сканировать пространство всезрением.

А вот и очередная пулемётная турель. Нарышкин предсказуем, как свинья на скотобойне. Чтобы не слышать раздражающий вой крупного калибра, я швырнул в потолок ледяным шаром, а затем добавил молнией. Обломки турели рухнули на ковёр. Экая незадача. Где же силовые поля, господа хорошие?

Свернув направо, я переместился в анфиладу просторных залов, явно предназначенных для дорогих гостей. Старинная мебель, хрустальные люстры, антикварные безделушки. Здесь Нарышкин никаких линий обороны не предусмотрел, но дорогу мне заступили четверо мужиков в строгих костюмах.

— Валите отсюда, — предложил я. — Ваш хозяин — не жилец.

Это какими же надо быть психопатами, чтобы дёрнуться на инквизитора? Охранники дёрнулись. И не просто дёрнулись, а перестали прятать за спинами короткоствольные автоматы.

Выстрелы были бесшумными.

Князь ещё и глушителями обзавёлся.

Жаль, что не обзавёлся мозгами.

Игнорируя автоматные очереди, я шагнул вперёд и с одного удара пробил грудь ближайшего стрелка. Ледяными шипами. Мужик умер сразу. Трое оставшихся повели стволами, но я был гораздо быстрее. Взмах саксом — и падает на пол отрубленная рука с автоматом. Добивающий удар в висок. Выпад. Прямой в голову, и третьего бойца нет в мире живых. Вырвав клинок из глазницы, я увидел, что четвёртый эсбашник, откинув ствол, улепётывает куда подальше.