– Если успеете, – еле слышно пробормотал испуганный охранник.

    – О! Это интересно, – насторожился Кевин, – ну-ка поподробней.

    Жан понял, что проговорился и начал колоться.

    – Да тут один слушок пошел, что вас сюда по приказу самого короля доставили. Планы на вас у него какие-то есть. Надолго вы здесь не задержитесь. Как только у него что-то там получится, все!

    – Что все? – грозно спросил Зырг.

    – Не знаю. Или на свободу с чистой совестью или на эшафот.

    – Ага… ну, что ж, – хмыкнул Кевин, – за информацию спасибо. Люка, он сколько проиграл?

    – Весь годовой оклад.

    – Месяц спиши.

    Охранник оживился.

    – А может вам еще чего сказать?

    – Скажи, – не стал возражать юноша.

    – А чего сказать?

    – Про соседей расскажи. Кто под их масками скрывается?

    Жан съежился.

    – То нам не ведомо. Страшная тайна!

    – Неведомо или просто цену набиваешь? – поиграл заточкой Люка.

    – Нет, честно! Маски гномьей ковки на особо опасных узников одевает лично барон фон Загрызи, и запирает их своим особым ключом! И даже это он делает в самом темном подземелье Гаштилии, чтобы не видеть лица. Иначе смерть!

    – Какие строгие у вас порядки. А часто их таскают во дворец? – продолжил допрос Кевин.

    – Да каждый вечер почитай. За два часа перед закатом.

    – Давно они в Гаштилии?

    – Десятый день пошел.

    – Понятно. Люка, еще два месяца долой!

    – Шеф, может месяц хватит?

    – Два я сказал! А ты иди. Иди Жан, отдыхай. Нам кое-что здесь надо перетереть. Мы тебя позже позовем.

    – Ежели что, вы только свистните, – окрыленный надеждой тюремщик выпорхнул из камеры.

    – Чего будем перетирать? – Люка с удовольствием осмотрел свой выигрыш, и начал расталкивать его по карманам.

    – Что надо я уже вот здесь вот перетер, – постучал себя по голове Кевин.

    – Как почему-то пустому, – хмыкнул Люка.

    – Ну-ка объясни мне приколист, – не обращая внимания на колкость, потребовал юноша, – как ты умудрился этого шулера в кости обыграть? В карты ладно, но в кости! Тут можно только магией, а она здесь не работает. Колись.

    – Понимаешь, шеф, когда играешь в кости, начинает работать закон больших чисел, который регулируется теорией вероятностей. А потому кости могут лечь так, что получится сразу четыре шестерки. – Люка схватил стаканчик для костей, потряс его и вывалил на стол четыре шестерки. – Статистическая вероятность может сработать так, что получится четыре двойки. – Бесенок сгреб костяшки, потряс их в стаканчике и вывалил на стол четыре двойки. – А можно…

    – Конкретнее! – рявкнул Кевин.

    – Да куда уж тут конкретнее! Берешь стаканчик, накрываешь им кости, и мешаешь! – Люка закрутил стаканчик, заставив за счет центробежной силы громыхать костяшки по стенкам сосуда, – а потом как почувствовал, что нужная комбинация сложилась, тормозишь.