— Штурм будет, — кивнула Иста. — Но, как мне кажется, солдаты участвовать в нём не будут. Я готова поставит что угодно на то, что Джоэн хочет поиграть со своими новыми игрушками. Порифорс — это первый шанс испробовать отряд магов в действии. И если результаты порадуют её…

Фиолетовая линия, но на сей раз только одна, вспыхнула перед внутренним взором Исты.

Все тетивы арбалетов, находившихся в руках солдат, расставленных на стене, одновременно лопнули. Послышались вскрики, потому что многие стрелки получили по пальцам. Один из взведённых арбалетов выстрелил. Стрела вонзилась в бедро солдата, стоящего рядом. Мужчина застонал, оступился и рухнул с парапета вниз на мощёный двор, где и замер. Его товарищ некоторое время с ужасом смотрел на свой арбалет, а потом отбросил его в сторону, словно оружие жгло ему руки, и поспешил на помощь раненому.

Над замком взметнулась ещё одна тёмная вспышка.

— Что на этот раз? — мрачно пробормотал Фойкс, глядя на ряд поражённых стрелков. Некоторые, уже отвязавшие от пояса запасную тетиву, поняли, что она рассыпается прямо в руках.

Несколько секунд спустя над крышами замка взвился клуб дыма.

— Горят конюшни, — сообщил Иллвин; он резко подался вперёд, что никак не согласовывалось с его лаконичной репликой. — Фойкс, ты мне нужен.

Он побежал вниз по лестнице; длинные ноги за шаг преодолевали по три ступеньки.

Теперь дело приняло серезный оборот, подумала Иста; в животе стало как-то нехорошо.

Глаза Лисе казались огромными:

— Рейна, можно я пойду с ними? — выдохнула она.

— Да, иди, — отпустила её Иста. Девушка умчалась прочь. Умелые руки никогда не бывают лишними… А теперь я. Она наконец спустилась со стены.

Эрис, пробежавший мимо, окликнул её:

— Леди, вы присмотрите за Каттиларой?

— Конечно.

Удачное занятие. Или, может быть, Эрис, как благоразумный командующий, предпочитает согнать весь бесполезный балласт вместе.

Иста застала фрейлин Каттилары в истерическом состоянии; в конце концов их вопли и всхлипы были сведены к хорошо скрываемому истерическому состоянию. Каттилара продолжала лежать без движения, только мягкие щёчки марчессы заметно впали, черты лица заострились. Свет демона плотно сжался внутри неё, не предпринимая — пока — попыток занять господствующее положение. Иста только печально вздохнула и проверила, чтобы пламя жизни продолжало беспрепятственно течь в Эриса.

На протяжении бесконечного вечера Иста несколько раз предпринимала вылазки из комнаты Каттилары, чтобы осмотреть последствия очередной вспышки демонской магии, промелькнувшей у неё перед внутренним зрением. Только самое первое покушение на запасы воды было заранее организовано. После этого атаки стали хаотическими, повторяющими друг друга. Люди падали и ломали кости. Лошади, которых после спасения из пылающих конюшен, поместили во двор с фонтаном в форме звезды, неистово ржа и брыкаясь, обрушили галерею. Вместе с ней упало осиное гнездо. Трое людей умерло, крича и задыхаясь от укусов; ещё нескольких человек затоптали обезумевшие от укусов кони.

В других дворах начались пожары поменьше. И без того малое количество воды быстро шло на убыль. Большая часть мяса, вне зависимости от способа хранения, начало тухнуть и вонять; хлеб и фрукты покрылись зелёной плесенью и стали взрываться, казалось бы, от одного взгляда. В муке завелись личинки. Верёвки и кожаные ремни гнили и рассыпались прямо в руках. Горшки трескались. Доски ломались. На доспехах и мечах ржавчина появлялась быстрее, чем румянец на девичьих щёках.

Все, кто хоть когда-нибудь страдал лихорадкой, лежали теперь со страшными приступами; красивый обеденный зал Каттилары заполнялся тюфяками со стонущими, мучающимися жаром, бьющимися в ознобе и бреде людьми.