|
По коже побежали мурашки. Ей не нужно это наследство мёртвых. Что ж, есть одно решение. Она нашла колечко в форме табуна золотых коней, свитого в круг, для своей храброй горничной, — где сейчас Лисе? Но после секундных размышлений рука потянулась к изогнутому кинжалу с ручкой, украшенной драгоценными камнями. В нём сочетались и элегантность, и практичность, что как раз подходило всаднице. Вздохнув от воспоминания, что все деньги остались на дне реки в Толноксо, Иста выбрала несколько украшений на продажу. Отложив колечко и кинжал в сторону, она подвинула сундучок к Ферде.
— Ферда. Выбери для брата, что понравится. Ещё четыре штуки возьми для наших раненых и тех, кто с ними остался. Отыщи что-нибудь подходящее для ди Кэйбона. Все твои ребята тоже могут взять, что приглянется. Проследи, чтобы остальное перешло к Ордену Дочери с моей величайшей благодарностью.
— Конечно, рейна! — Ферда улыбнулся, но потом улыбка потухла. Он нагнулся к Исте поближе через пустующий стул марчессы. — Я хотел спросить вас. Теперь, когда вы доставлены в действительно безопасное место и некоторое время можете находиться под надёжной защитой марча, можно мне уехать на поиски Фойкса, Лисе и служителя?
Я не знаю что происходит с этим местом, но безопасным его точно не назовёшь. Но вслух произносить этого нельзя. Помимо этого нельзя приказывать ему готовить людей, чтобы отбыть завтра. Сегодня же ночью. Непрактично, невозможно. Невежливо. Воины Дочери утомлены не меньше, чем она. Тем более что половина их лошадей ещё только идут в замок, а грумы из Порифорса медленно ведут их небольшими переходами.
— Как и всем нам, тебе нужно отдохнуть, — Иста тянула время.
— Я буду спать лучше, если буду знать, что случилось с ними.
Рейна понимала справедливость этого, но мысль, что она останется здесь одна, запертая, словно в ловушке, без собственного эскорта, заставляла звенеть и без того измученные нервы. Она нерешительно нахмурилась, когда леди Каттилара снова заняла своё место.
Лорд Эрис тоже вернулся и, подавив усталый вздох, опустился на стул. Иста спросила его о письмах, отправленных, чтобы узнать, что случилось с теми, кто отделился от её отряда. Он выслушал слова Ферды о беспокойстве за брата, как показалось Исте, с особой симпатией, но высказал мнение, что ответ ещё не успел прийти. По общему молчаливому соглашению никто не упомянул о сложностях, связанных с демоном-медведем.
— В любом случае, мы знаем, что Лисе добралась до провинкара Толноксо, — возразила Иста. — Предупредить о приближении всадников мог кто угодно, но то, что среди пленных нахожусь я, могла знать только она. И если девушка в безопасности, то она наверняка догадается организовать поиски твоего брата и нашего доброго служителя.
— Это… верно, — Ферда сморщил губы, разрываясь между этими доводами и тревогой. — Если только её послушали. И дали ей кров…
— Станции канцлерских курьеров предоставят ей кров в любом случае, даже если да Толноксо откажется, хотя если он не оценит отвагу девушки, не обеспечит ей достойный приём и не будет ей содействовать, то он лично выслушает моё мнение. И мнение канцлера ди Кэсерила тоже, это я обещаю. Благодаря письмам лорда Эриса все скоро узнают, где нас подобрали. И если наши заблудшие овечки доберутся до Порифорса, в то время как ты разыскиваешь их, Ферда, то ты всё равно их упустишь. В любом случае, ты не можешь отправиться сегодня же ночью, в темноте. Давай посмотрим, какое решение — или послание — принесёт завтрашнее утро.
Ферде пришлось согласиться со всеми этими рассуждениями.
Прохладные сумерки опустились на двор. Музыканты уже закончили играть, никто этим вечером не танцевал, не представлял пьес. Мужчины проследили, чтобы остатки вина не пропали даром, и начались последние молитвы и благословения. |