Лезвия с треском встретились.

Они противостояли друг другу с такой яростной силой, что вибрация от напряжения пробирала меня до костей. Я как будто воткнул свой меч в каменную глыбу.

Адлер наваливался на меня всем весом, я никак не мог его оттолкнуть от себя, оставалось лишь защищаться. Чувствовал, что надолго меня не хватит и если в ближайшие секунды ничего не изменится, он тупо меня убьет. У него больше опыта в поединках, он крупнее меня. Мое поражение — всего лишь вопрос времени. Пришло время доставать свои козыри.

Я попытался сконцентрироваться на ударах сердца. Но оно стучало, словно бешенное, не позволяя поймать чувство транса, ну, давай же…

Тик. Тик. Тик.

— Фух! Кажется получилось… Мир замедлился, в этом уже не было ничего необычного, но удивило меня другое. В состоянии транса я видел ярко-синее свечение своего меча и ядовито-зеленое мерцание оружия Бёрнса.

Меня захлеснул гнев. Мелькнула мысль о том, что такие вспышки могут быть опасны для хрупкого состояния транса, пару раз психанешь — и все закончится, нужно учиться сдерживать эмоции, но в тот момент я отмел ее куда подальше.

Сердце уверенно билось в такт тиканью, все было под контролем.

Я поймал ощущение, как что-то сжимается у меня внутри. Может, я окончательно сошел с ума, но мне казалось, что это меч просит меня принять решение. В этой просьбе чувствовалось скрытое волнение, можно даже сказать — нетерпение. Как будто сталь, наделенная древней магической силой, просила крови. Но в первую очередь считывался призыв к справедливости, которая должна стоять за моим решением.

Никогда раньше не думал, что можно испытывать искреннее уважение к неодушевленному предмету, но попав на Ашен, я стал воспринимать такие странности за норму. Да, мне был близок образ мыслей этого меча. Скажи я кому на Земле, что у оружия может быть образ мыслей, меня бы упекли в психушку.

Тик. Тик. Тик.

Биение замедлялось, я знал, что у меня осталось не так много времени, чтобы поправить положение.

Тик. Тик. Тик.

Учитывая то, сколько неприятностей он уже доставил или мог доставить в будущем людям, которые мне дороги, и то, сколько невинных людей пострадало на его пути к жестоким целям, мое решение не было сложным.

Бам!

Из моего меча вырвался мощный поток энергии и клинок Бёрнса разлетелся вдребезги, как стекло. Его самого отбросило назад и осыпало градом металлических осколков. От обломков его меча поднимался зеленый зловонный пар. Эти «ароматы» дошли даже до первых рядов зрителей, они с отвращением зажимали носы.

Время пошло с обычной скоростью.

— Клинок Адлера был заколдован? — среди всадников, находящихся на уровень ниже нас, прошла волна возмущения.

Однако я слушал их вполуха, потому что дуэль ещё не закончена.

— Ты! — завизжал Бёрнс, отползая назад по каменной платформе. Он был безумно возмущен. — Откуда у тебя меч с такой силой? Ты всего лишь Странник, ничтожество, а я Ашер четвертого ранга!

— В мизинце на моей левой ноге больше чести и справедливости, чем во всем твоем теле, Ашер четвертого ранга, — с отвращением выплюнул ему в рожу, взмахнул клинком и одним движением перерезал глотку. Фонтан крови из перебитой артерии, страх, безуспешная попытка зажать рану, булькающий хрип и смерть. Вот такой он, конец ублюдка, Адлера Бёрнса.

Я отвернулся и стал брезгливо вытирать окровавленный меч о штанину, даже не обернулся и не удостоил взглядом своего противника.

Гравировка на мече каким-то образом превратилась в круг, но все еще была насыщенного синего цвета. Я даже не заметил, в какой момент с ним произошли эти изменения, и не знал, что такое вообще возможно. Очистив оружие, вложил его в ножны, с благодарностью похлопав по рукояти.