— Ждут на площади, — отрапортовал Жижек, выпячивая грудь колесом.

— Ну пойдем, тогда, — вздохнул капитан, с сожалением поднимаясь из-за стола. — Да не робей ты, Миш! Всё нормально будет.

В принципе, я и не сомневался, что всё будет нормально. Вот только личность князя, хоть я его и не видел, вызывала во мне противоречивые чувства.

С одной стороны, я понимал, что князь — опытный политик, и, скорей всего, его прибытие на заставу связано с очередной политической комбинацией.

С другой, меня восхищала основанная им гимназия.

Наш учитель литературы, Алексей Александрович, всегда говорил, что государственность начинается с семьи и детского садика.

Что дети — это будущее страны и что правительство, забывшее про важность образования, неминуемо проиграет в большой политической войне.

И я, наблюдая сначала за своими одноклассниками, а потом однокурсниками, был с ним полностью согласен.

Большинству было плевать на знания, на поиск любимого дела и самореализацию. Всё, что хотели 80 % моих знакомых — потусить на вписке и списать полугодовую аттестацию.

Здешняя гимназия отличалась от наших школ как небо и земля.

Серьезный упор на практику, мотивированные гимназисты, престиж образования — всё это сквозило в каждом движении, в каждом поступке гимназистов.

Ну а социальный лифт, позволяющий одаренным вольникам учиться в одном классе с дворянами меня и вовсе восхищал.

Быть гимназистом было почетно, образование ценилось, и это был, как я понимаю, лишь один из путей к обеспеченной жизни.

Ну а человек, подобравший команду отличных управленцев, не мог не восхищать.

— Да я и не робею, — поморщился я. — Просто как-то… тревожно, что ли?

— Это все аура, — усмехнулся Оут, спускаясь вслед за Жижеком по лестнице. — Хотя тебя не должно особо накрывать, у тебя своя ого-го!

— Аура? — переспросил я, действительно начиная ощущать пусть и далёкое, но настойчивое влияние.

— Аура управителя, — кивнул Оут, неосознанно ускоряя шаг. — Третий ранг. Я видел князя дважды. И оба раза хотелось упасть перед ним на колени.

Хм, нет уж, увольте. Ни перед кем на колени я падать не собираюсь.

Хотя раньше бы не счел зазорным преклонить одно колено перед сильным лидером, но сейчас… Я сам иду по пути лидера.

И все сильные мира сего могут быть для меня только союзниками или партнерами, но никак не сюзеренами!

Слышать такие речи из уст мальчишки, конечно, смешно, но… Я знаю куда иду и вижу свою цель.

Пусть она и кажется слишком далёкой, слишком нереальной…

Но всё тот же Алексей Саныч любил повторять: «Целься в Луну, даже если промахнёшься, всё равно окажешься среди звёзд».

— Михаил? — окликнул меня Оут. — Ты смотри при князе так не зависни.

Мы как раз выходили с территории казарм, и здесь влияние княжеской ауры ощущалось ещё сильнее.

— Не думаю, что получится, — усмехнулся я, наскоро приводя свой внешний вид в порядок. — Это ж насколько тяжело находиться рядом с ним?

— Князь отлично контролирует ауру, — успокоил меня Оут. — Но гильдейским сейчас не позавидуешь.

— Это точно, — согласился я, выворачивая на главную улицу.

— Сэр! — Жижек отчего-то не спешил нас догонять, всё больше и больше замедляя шаг. — Разрешите остаться в казармах?

— Не разрешаю, — холодно ответил Оут. — Терпи, сержант. Это отличная тренировка. Нам ещё… — капитан покосился на висящий под крышей макрис, — кхм, ну ты понял.