Тело налилось силой, дрожь прошла, и я гордо выпрямил спину.

Князь хмыкнул и наклонил голову набок, вперяя в меня свой пронзительный взгляд, и недавняя невыносимая тяжесть показалась мне лёгким пёрышком.

От дичайшей нагрузки захрустели кости, заскрипели сухожилия, а по верхней губе побежало что-то теплое и мокрое.

— Терпи, — еле слышно шепнул Оут, которому тоже приходилось несладко.

Эх, как бы мне сейчас пригодилась поддержка рода — моих дедов, прадедов и так далее! Но увы, вместо них я почувствовал лишь присутствие нашего классного, да Светозара.

Стало чуть полегче, но в следующий же миг тяжесть навалилась с новой силой. Но хуже всего, что мне резко захотелось в туалет.

И когда я уже почти сдался, не выдержав двойного давления, прямо передо мной появилась едва видимая тень Рив.

Она, склонив голову набок — один-в-один, как князь — посмотрела на меня… с любопытством.

Упасть на колени на глазах у любимой? Обидно, но бывает и такое. Обделаться перед ней?! Да черта с два!

Мои плечи сами собой распрямились, мышцы свело, а сам я твердо взглянул в глаза Рив. Та задумчиво усмехнулась и, бросив напоследок обнадеживающий взгляд, исчезла.

— Силён! — князь прикрыл глаза и давление тут же исчезло, словно его и не было. — Ежели все гимназисты такие, то я спокоен за будущее нашей земли.

Я промолчал, не зная, что на это отвечать и как вообще обращаться к князю.

— Когда я узнал, что гарнизон заставы вместе с гимназистами сумели отбить Волну я не поверил, — князь холодно посмотрел на Оута. — Но увидев запись…

Князь покачал головой, а я на миг увидел перед собой не могущественного и уверенного в себе правителя, а уставшего Воина.

В бороде появились проблески седины, под глазами темные круги от хронического недосыпа, лоб испещрён многочисленными морщинами.

Да и на эмоциональном плане князь излучал прежде всего вселенскую усталость.

— Триста восемь демонов, — князь повернулся к своему представителю. — Я правильно сказал, Акакий Иванович?

— Не считая сотни мелких паучков и дюжины вспомогательных конструктов!

— О как! — князь запустил пятерню в бороду и взглянул на управляющего «Золотым мечом». — А вы что скажете Дионисий Викторович? Ведь это вы, если не ошибаюсь, подарили пятёрке Дубровского УГи?

— По итогам вчерашней схватки, на счету у пятёрки, точнее семёрки Дубровского свыше двухсот поверженных демонов! А учитывая, что для выполнения задания нужно было одолеть всего двадцать, то на лицо десятикратная норма, и за всю историю «Золотого меча»…

Князь едва заметно прищурился, и Дионисий Викторович неожиданно икнул.

— В общем, — управляющий, несмотря на свой хлыщеватый вид, дураком не был, поэтому сразу понял намёк. — Пятёрка Дубровского поставила новый рекорд и пока что вырвалась на первое место в наших состязаниях!

Ого, мы что, обошли Громова?

— И если пятёрка Громова не успеет набрать двадцать очков до конца месяца, то…

— Практика гиманзистов завершается сегодня, — перебил Дионисия князь.

— Но… — Дионисий тут же погрустнел, — наши зрители…

— Вместо них прибудут выпускники гимназии, — князь всё-таки подсластил пилюлю.

— Что ж, — Дионисий с явным сожалением посмотрел на меня и вопросительно взглянул на князя, — тогда можно я…?

— Можно, — подтвердил князь, — и даже нужно.

Хлыщ откашлялся, принял пафосную позу и торжественно провозгласил:

— За великолепную игру и достойное поведение…

— Кхм, — негромко кашлянул князь, и управляющий тут же ускорился.