Теперь, выйдя в сад, Лиза оглянулась на замок и не могла не признать, что он величественен. Глядя на эту громаду, трудно себе представить, что его хозяин жил здесь один, всего лишь в окружении слуг.

Ей представились многочисленные родственники, бегающие по лужайкам дети…

Тот, кто построил замок в таком живописном месте, несомненно, обладал художественным вкусом.

Интересно, камень, пошедший на его стены, добывали где-то поблизости или привозили откуда-то? Как бы то ни было, замок органически вписался в окружающий пейзаж.

Чуть поодаль от замка — казалось, совсем рядом, но Лиза знала, что расстояние может обманывать глаз, — она увидела серые скалы, невысокие, но суровые, безо всяких там округлостей, какие ей встречались в горах Италии. Здесь же всюду были зубцы, пики, даже деревья росли на этих горах под неким углом.

Сам замок стоял на возвышенности, а чуть пониже располагались хозяйственные постройки. Сколько их, Лиза не успела разглядеть — ее ждала Василиса у строения, в котором молодая княгиня определила оранжерею.

Та представляла собой одноэтажную пристройку к левому крылу замка со стеклянной куполообразной крышей.

Василиса приоткрыла дверь и поторопила Лизу:

— Проходите скорее, Елизавета Николаевна! Снаружи воздух еще холодный, орхидеи не любят сквозняка!

Лиза буквально нырнула во влажно-теплое нутро оранжереи и чуть не задохнулась от восторга: из конца в конец по обе стороны длинного прохода были сооружены полки, на которых в изобилии стояли ящики с цветами: орхидеи всех цветов и оттенков, хризантемы, фиалки и многое другое.

Выращивание цветов производилось, как видно, по особым правилам. Растения отделялись друг от друга перегородками. Одни сидели глубоко в земле, корни других вылезали из земли. По проходу между рядами ходил какой-то человек в темно-синем кепи и бережно поливал растения из лейки, пальцами пробуя воду и время от времени добавляя воды более теплой.

Мужчина так увлекся своей работой, при этом напевая себе под нос какой-то мотивчик, что Василиса вынуждена была его окликнуть:

— Игнац, познакомься с пани княгиней.

Мужчина наконец оторвался от своего занятия и рассеянно глянул на вошедших.

Его лицо медленно принимало осмысленное выражение.

— Пани не разумеет по-польски, но я говорю по-русски. Простите, задумался. — Он вытянулся перед Елизаветой в струнку, как солдат перед офицером. — Садовник Игнаций Магницкий.

— Наш ученый садовод, — пояснила с улыбкой Василиса.

Садовник смутился.

— Василиса Матвеевна посмеивается надо мной, — доверчиво пожаловался он Лизе, распахивая свои по-детски простодушные голубые глаза. — Оттого, что я читаю книги о выращивании цветов и стараюсь делать все так, как советуют ученые-агрономы…

— Наверное, Василиса Матвеевна шутит, — так же серьезно предположила Лиза, думая, что Игнац, видимо, не наделен природой острым умом, но, как и всякое божье творение, он не может не иметь таланта хотя бы к одной какой-то области человеческой деятельности.

— Старый князь шутил, что у Игнаца такая рука — палку в землю воткнет, и она в положенное время корни даст и расцветет. Каждый понимает: без Игнаца оранжерея захиреет, а после нее и сад…

— Вот! — Тонкий палец садовника, будто учительская указка, протянулся в сторону Василисы. — Я же говорил, смеется. Захиреет! Свято место пусто не бывает! Когда я учился на агрономических курсах, нам читал лекции один профессор. Вот это был ученый!

Он повернулся и опять пошел вдоль рядов, увлажняя землю все из той же лейки.

— Вы на него, княгиня, не серчайте. Игнац… он не такой, как все… Нет, вы не подумайте, что юродивый, он просто рассеянный.