Эмма выслушала объяснения Лауры, внимательно посмотрела на часы, развернулась, убежала в гостиную и включила телевизор. И все же через несколько минут она уже снова стояла у окна. Лауре очень хотелось понять, ждет дочка этой встречи или боится ее.

Несколько дней назад она долго говорила с Эммой, разумеется, не получая ответа.

— Ты помнишь Марти, Эмма? — спросила она, укладывая девочку в постель. — Ты играла с ней раньше.

Эмма кивнула.

— Ты помнишь, что у Марти было два папы?

Дочь снова кивнула и покрепче прижала к себе своего потертого плюшевого кролика.

— Понимаешь, тот папа, который жил в доме Марти, был ее приемным папой, а своего настоящего папу Марти ездила навещать.

Эмма нахмурилась, глядя в потолок.

— Ты знаешь, как у папы и мамы появляется ребенок?

Эмма снова кивнула. Она знала о сперме и яйцеклетках, хотя никогда не спрашивала, как они соединяются.

— Так вот, сперма настоящего папы позволяет ребенку родиться. Настоящий папа отвечает за то, что ребенок вообще появился на свет. Но иногда настоящий папа не может воспитывать ребенка, и тогда маме помогает приемный папа. Так что мистер Линдер был приемным папой Марти.

Мистер Линдер был не слишком хорошим отцом, называй его хоть приемным, хоть настоящим. Но для того, чтобы объяснить Эмме ситуацию, он вполне годился.

— Не у каждого есть приемный папа и настоящий папа, — продолжала Лаура. — У большинства детишек папа один, настоящий, как у Кори. Но так получилось, что у тебя два папы.

На личике Эммы появилось удивленное выражение, и Лаура поняла, что девочка внимательно слушает ее.

— Рэй был твоим приемным папой. Он любил тебя очень сильно, как настоящий папа. Ты была для него дочкой, особенной и самой любимой.

Эмма потянула кролика за ухо тонкими, почти прозрачными пальчиками и отвернулась от Лауры. «Она мне не поверила».

— Но у тебя есть и настоящий папа, хотя ты его ни разу не видела. Я с ним недавно разговаривала. Он хочет тебя увидеть.

Глаза Эммы расширились от удивления или от страха, Лаура не знала.

— Ты встретишься с ним только тогда, когда сама захочешь, — поспешила она успокоить дочку.

Эмма никак не отреагировала на ее слова. Лаура нагнулась, чтобы поцеловать ее, потом включила ночник и вышла из комнаты. Зачем только она затеяла этот разговор перед сном? Лаура мысленно ругала себя. Какая глупость! Девочка и так плохо спит, а тут такая новость. Теперь она вообще не уснет.

Дилан прислал Эмме свои фотографии, чтобы не оказаться для нее совершенно чужим при первой встрече. И тем не менее Лаура сомневалась, понимает ли Эмма, что происходит. Чувства дочери вообще оставались для нее загадкой.

В пять часов они с Эммой прогулялись до почтовых ящиков. Лаура забрала почту и разобрала ее по дороге домой. Она увидела еще один длинный белый конверт без обратного адреса и задумалась, прежде чем открыть его. Надорвав конверт, Лаура остановилась, чтобы прочитать письмо.

«Потеря памяти может быть благословением. Сара ничего для вас не значит. Не ездите к ней больше».

Лауре снова стало нечем дышать. Что скрывается за этими предупреждениями? Она посмотрела на конверт. Это письмо пришло из Трентона.

Эмма потянула ее за край футболки.

— Все в порядке, солнышко, — успокоила ее Лаура, направляясь к дому. Она сложила листок и спрятала в карман шортов. «Не ездите к ней больше». Предполагал ли автор добавить «или будет хуже»? Может, стоит позвонить в полицию? Они, конечно, решат, что она устраивает переполох из-за пустяков. Наверное, так и есть. Когда они переступили порог дома, Лаура вдруг почувствовала странную тревогу и заперла все двери.

Дилан приехал ровно в 5.