|
В общем, насколько я понял, ни подслушивать, ни тем более подглядывать за нами ты не собирался. Очень хорошо, переходим сразу к делу. Я хочу возродить свою империю, империю Аджиева. Такой, какой она была до середины лета прошлого года, пока в ее историю не вмешался ты со своей проклятой манией величия. И в связи с этим я приехал сюда, чтобы задать тебе всего один предварительный вопрос: ты со мной или сам по себе? Если ты отвечаешь положительно на первую половину вопроса - мы продолжим беседу в теплой дружественной обстановке. Если нет - ты сегодня же взлетишь в небо вместе со всеми своими связями, любовницей и вот этим офисом, в котором так хорошо работает кондиционер с озонатором. На раздумья, извини, я не дам тебе и минуты хватит, поиграли в кошки-мышки. Сегодня, в преддверии выборов, война компроматов пошла в открытую. И не только: трупы разношерстных слуг народа находят в самых непредсказуемых местах. И терпеть у себя под боком кусучую гадину я не намерен - просто раздавлю ее во избежании последующих осложнений.
- Ты угрожать пришел?- Григорий Игоревич не ожидал, что "китаец" сразу возьмет быка за рога. - А что мне остается делать, если, как ты сам не так давно выразился, поодиночке нас перещелкают те, кто хочет хапнуть побольше нашего. Просто перешагнут через труп и пойдут дальше, даже не глянув, кто это там скукожился под пулями их шестерок. Через двоих же не перешагнешь нужно прыгать . А прыгнуть им не позволят ожиревшие геморройные задницы. Вот тут-то мы и подсечем их - на взлете. Ты нужен мне, Левочкин, со своими банковскими, заморскими и прочими связями, иначе я уничтожил бы тебя еще месяц, год назад. И ты пойдешь за мной, хочется тебе этого или нет. Посмотри кассету,- Аджиев достал ее из бокового кармана и по столу передвинул к Григорию Игоревичу.- А пока налей мне чего-нибудь из бара, после поговорим. Левочкин достал из бара бутылку "Плиски", чудом избежавшую глотки бывшего управляющего Антона, два бокала, коробку шоколада и ящик с сигарами. Все это поставил перед Аджиевым и сунул кассету в приемник плейера видеодвойки, стоявшей за его спиной. Артур Нерсесович, поблагодарив, налил коньяка, так и не повернувшись лицом к экрану. Наверное, для того, чтобы не портить вкуса выдержанного напитка видом вытянувшейся физиономии Левочкина при первых же кадрах, замелькавших на экране телевизора. Это была та самая стрелка в домике для пейнтбола у Сенежского озера, трагически закончившаяся для ее участников. Оперативная съемка велась так профессионально, что фигура и лицо Григория Игоревича, принимавшего самое непосредственное участие в расстреле законников, а также в последующем их сожжении, почему-то постоянно оказывалась в центре кадра крупным планом. Вот это ничего себе - не оставили свидетелей! Да тут съемка шла внагляк - почти как в настоящем кино, с той лишь разницей, что настоящая жизнь дополнительных дублей не предоставляет, так же, как и гарантий на их повтор. - Кто?- пересохшими губами Левочкин тянется к бокалу, услужливо наполненому улыбающимся "китайцем".- Кто снимал? - А тебе не все ли равно? У меня, если хочешь знать, и среди твоих преданных "кожаных" немало стукачей имеется. Только выявлять их не советую - бесполезно. Разве что проведешь еще одно такое вот шоу под названием "гори, гори ясно..." с их непосредственным участием в качестве дров, а? Теперь подумай, что будет, если я прокручу эту пленку на очередном воровском сходняке, куда меня приглашают в качестве почетного заседателя. Об этом думать не хотелось. Тем более, на собственой шкуре испытать последствия. - Я с тобой, Артур Нерсесович. Клянусь матерью. Только отдай мне оригинал этой кассеты,- взмолился Григорий Игоревич - пот закапал даже с его шикарной бородки клинышком. - Э-э, нет, я тебе уже однажды поверил,- "китаец" со смаком прихлебывает коньяк, не забывая о шоколаде.- Пусть это будет гарантией того, что ты мне не сунешь как-нибудь нож в спину, идя след в след. |
