Колян вопросительно переглядывается с Сашкой, затем оба смотрят на Федора.

- На посошок можно,- Стреляный уже чувствует - с квартирой на Смоленской что-то не так, Аджиев по мелочам распыляться не будет.

- Давайте без грызни,- Артур Нерсесович разлил коньяк по бокалам, знаком приглашая вздрогнуть.- Мне нужно выйти из хомута, поэтому нарисуйте картинку, как есть.

- А че рисовать?- Колян махом выцедил из бокала и загорячился.- Как вертухаи зону обложили: один на бану, один на хапке, два на хазе. Последнего не стукнули - хвостом помел на тачке, паскуда. Не иначе баир. Я, надеюсь, ясно пробухтел?- хитро косится он на Аджиева, отправляя в рот лимон.

- За кого держишь, мальчик?- хохочет тот.- Один стоял на улице, один был на подхвате, а двое пытались просочиться в квартиру. Их убили, а главарь ушел на машине. Это не мои быки, Стреляный,- посмурнев, обратился он к Федору.- Век воли не видать. Чем еще поклясться?

- Достаточно,- остановил его тот.- Ты "законник", Артур Нерсесович, я знаю. И хоть ты "скороспелка" с купленным званием - зоновские обычаи чтишь. Но как ты объяснишь деталь, которую я не успел нарисовать хлопцам: пятым в этой кодле был твой ближайший поверенный в делах Влад. А машина была моей, я ее на заправке у него как-то оставил.

- Вот тварь!- всердцах выругался Аджиев.- Мало он у меня ворует, так еще и баксы хотел прихватизировать. Ну, Каин, погоди! Не подсылал я его, Федор, это он по собственной инициативе. Ты думаешь, мне легко сейчас перед вами божиться? Мне, Аджиеву.

- Брось, Артур Нерсесович, я поболе твоего звонил, так что незападло тебе передо мной объясниться. Теперь я понял, что нужно было Владу в квартире, пока мы пытались просочиться к его другу Мите в "Клондайк". Вот эта штучка,- Федор достал из-а пояса потертую общую тетрадь. - Это дневник Петра Петровича Збарского, ныне покойного писателя, а заодно известного московского коллекционера. Тебе-то, Артур Нерсесович, его имя должно быть известно.

- Оно мне известно даже лучше, чем ты предполагаешь,- кивнул тот утверждающе. - Но это не все?

- Это только начало нашего детектива. Ты, может, знаешь что-нибудь и о приемной дочери Збарского?

- Как же. Бывшая малолетняя шлюшка, которую он записал на свою фамилию и сделал из нее впоследствии леди. Только из-за его фамилии она и выспорила после смерти и дом, и денежки старика. А до этого жила в квартире, которую купил для нее я,- "китаец", смакую, выпил свой коньяк. Дело в том, что Светлана была моей любовницей.

Федор подумал, что его сейчас хватит удар. Или Кондратий. Нет, только не это.

- Ты хочешь сказать, что она была твоей любовницей год назад, когда я работал у тебя телохраном жены?

- Ну, была,- согласился Артур Нерсесович.- Только при чем здесь ты?

- А о ее братике двоюродном ты ничего не слышал ?- вместо ответа спросил Федор, с трудом проглотив давящий комок в горле.

- Не было у нее никакого брата,- твердо ответил Аджиев.- Я наводил справки о родственниках, прежде чем...ну, ты сам понимаешь. А с Петром Петровичем мы дружили, да. И на почве коллекционирования, и вообще. Хоть встречались редко. Слушай, Федор, я вижу, нам нужно о чем-то основательно перетереть базар. Сам на сам. Но время для этого...- он взглянул на часы,не совсем подходящее, вам не кажется?- он с вызовом глянул на Коляна и Сашку. А те, в свою очередь, вновь на Федора.

- Парни, мне очень нужен этот разговор.

- Об чем базар, Федя,- Сашка щелкнул замком двери.- Вот здесь, на Лосинке, мы и вытряхнемся. Пошли, Колян.

- Два часа ночи,- предупредил Федор. - Электричка не ходит.

- Держите на такси,- Артур Нерсесович запустил руку в сумку у ног Федора, наощупь достал пачку баксов и протянул ее Сашке.- Здесь должно хватить.

- Ох уж, эти новые русские,- покачал тот головой, но пачку спрятал.Состыкуемся?- он вопросительно посмотрел на Федора.