- Это хто там?- почесывая грудь, он и не думает цыкнуть на исходящих злобной пеной псов.

- Алле, Сват, это свои,- старается перекричать гавкотню Влад.

- Свои надысь у суседа Степана из сарая "Урал" выволокли,- ворчливо отвечает Сват.- До сей поры ментовня землю роет в поисках. А ну, обзовись.

- Да Бой я, Бой, твою мать,- обозленный Влад грохает по плахам ворот ногой в полботинке. - Открывай, хрен старый.

- Ну, так бы сразу и баял,- дед спускается с крыльца и загоняет кобелей по будкам, запирая их дверцы на щеколды.- Заезжать, чай, будешь?

- А какого б я к тебе среди ночи пешком перся? Открывай ворота.

Влад загоняет "Таврию" в громадный - больше дома, сарай с бесчисленными перегородками и сразу же машину обволакивает таким настоем из навоза, прелого сена и поросячьей мочи, что он невольно чихает, вылезая из салона.

- Ага, кушай, дружок, свежий душок,- язвит старик, охлопывая рукой бока машины. Куды ее? В мясорубку, на "бригантину", али "дать кнута"?

Влад раздумывает: мясорубка - разборка машины на запчасти, "бригантина" применяется для вооруженных налетов, "дать кнута"- продать налево...

- В мясорубку,- решает, наконец. Канительное мероприятие, но выходит дороже. - Бабки вперед, тачка новая.

- Э-э нет, милок,- Сват водит перед его носом пальцем.- Ты закон знаешь: или после реализации, или двадцать процентов налички сразу.

- Давай,- Влад обреченно машет рукой - на Свата катить баллон - себе дороже выйдет.

- Пошли в хату,- обрадованно суетится дед, проворно выхватывая из замка ключ зажигания. Еще бы - новая тачка упала за мизер, притом воровской.- Там заодно и обмоем.

В доме почище, но в воздухе застоялся табачный перегар - Сват живет бобылем. Шустрый еще дед - вот уже на большом столе, накрытом цветастой клеенкой, отстаивается зеленовато-прозрачная бутыль с самогоном, окруженная разносолом, а на электроплите "Индезит" шкварчит аппетитная глазунья.

- Ну, давай,- Сват со звоном сдвигает свой стакан с посудиной Влада.

- На чистой родниковой воде первачок, хрен такой в гамазее сыщешь.

- Ты чего это расщедрился, дед?- с подозрением косится Влад, закусывая. У Свата обычно каждая копейка на счету, дело здесь явно не в цене, на которую согласился так легко Влад.

- Есть разговор, Бой,- дед внезапно переходит на чисто русский язык, оставив в покое староверский.- Оч-чень денежный разговор. Хапнуть сразу можешь столько, что хватит пережевывать на полжизни, а то и больше.

Влад настораживается - такие бабки не предлагают за обычный угон.

- Скок или мокруха?

- Ни то, ни другое. Вернее - по лезвию между ними. Свалишься - и нет мальчишечки. Зато и куш - в охапке не унести. В условных единицах.

- Говори,- разрешает Влад.- За послух бабок не берешь?

- Бабок не беру,- глаза Свата вдруг холодеют, а голос крепнет и делается жестче. И сам он глыбой нависает над столом - волосатой каменной глыбой.- Жизнью беру, Бой. Если ты выслушаешь то, что я сейчас предложу, у тебя останутся два пути: или ты берешься за дело, получив аванс тут же, или прекращаешь свое земное существование. Не бойсь, я о тебя рук марать не стану - помощников хватает. В мясорубку пойдешь, Бой, как та же машина. И выловят тебя, может быть, где-нибудь в Яузе. По запчастям выловят. А может, не успеют - съедят речные твари.

- Авансу сколько?- Влад уже знает - он согласится.