- Значит, ты давишь на "стрелку"?- криво ухмыльнулся "китаец". - Ну что ж, допустим. Тогда расскажи дяде, почему у Левочкина такой пристальный интерес к твоей особе? Чем мог заинтересовать крупного банкира простой российский зэка?

- Тебе очень хочется знать это? Ну что ж,- Федор лезет в карман и вытаскивает оттуда небольшой шелковый мешочек.- Хотел сюрприз к Новогоднему столу, да уж ладно. Помнишь, ты меня прошлым летом гонял несколько раз на хату Васьки Головы, чтобы попытаться отыскать некий очень заманчивый тайничок? Так вот, я его в конце-концов отыскал. Но тебя к тому времени уже не было в живых - судя по тогдашним сообщениям местных радио и телевидения,- рассказывая, Федор постепенно растягивает горловину мешочка и наконец высыпает на полированный стол кучку крупных шлифованныйх зернышек.Вот оно, наследство Васьки Головы. То, за чем охотились в то время многие, в том числе и ты, и твой банкир Левочкин. Не правда ли, заманчивый приз кладоискателю. А если учесть, что это только половина клада...- Стреляный делает многозначительную паузу, прикуривая сигарету.

- Приз, конечно, неплохой,- Аджиев, несколько успокоясь, любовно перекатывает по столу бриллианты, любуясь их глубинными переливами.- Но тут в связи с этим возникают сразу два вопроса. Естественно, первый: где вторая половина?

- Это и мне хотелось бы выяснить, да все времени не хватало,- Федор рассказывает Аджиеву о первом налете в бутике и Измайлово, опустив подробности насилия над Лилей. - Мы выкрутились тогда, но твоя дочь в суматохе потеряла пояс, в который была зашита вторая половина этого клада. И кому он в тот раз достался: то ли сообщникам тех, кого я успел расписать в лесопарке, то ли ментам, прилетевшим на хипеж - не имею понятия, так как линять пришлось в спешном порядке, да притом на чужой тачке.

- Ну, это я разузнаю,- обещает Аджиев.- Ох, Стреляный, как же много у тебя еще за душой такого, что мне также хотелось бы узнать,- грозит он пальцем.

- Не гони лошадей, Артур Нерсесович, всему свое время.

- Тогда ответь на мой второй вопрос: зачем ты принес мне бриллианты? Ведь мог же запросто сам разыграть эту партию. Мог или нет?

- И да, и нет - честно признается Федор.- Понимаешь, я сейчас вновь как бы застрял на перепутье. В одиночку этот мир не осилишь, как ни дуйся: рано или поздно найдется завистник, возжелавший дать тебе подножку, а то и наступить на твой труп, чтобы дотянуться до верхней лестницы власти. Поэтому за спиной на всякий случай всегда не грех иметь постоянного партнера - заметь, я не говорю друга, которому мог бы доверять. Но для того, чтобы доверять, нужно работать на равных паях. Ты вновь предложил мне службу у тебя. Но, зная мой характер вольного стрелка, ты, Аджиев, постоянно будешь подавлять мою самостоятельность. И в результате из нашего совместного сотрудничества получится нечто вроде басни Крылова "Лебедь, щука и рак". Поэтому я иду на соглашение с тобой, но делаю встречное предложение: равное партнерство. Эти камешки - мой первый взнос в нашу общую казну, Артур Нерсесович. Вторую половину я найду в любом случае со своими криминальными связями: уж где-нибудь в Москве они да выплывут. Ты, конечно, можешь сейчас подняться на дыбы, пытаясь задавить меня морально знакомством со всеми Кремлевскими шишками, можешь, наконец, ткнуть меня суконным рылом в свой мандат. Но сперва прикинь, где бы ты сейчас был со всеми своими связями год назад, не окажись киллер таким падким на деньги, а не принципы. Ты знаешь верхние структуры, а я хорошо изучил дно нашего благословенного общества. И вместе мы составим такую коалицию, которой позавидует любая партия из твоей проворовавшейся Думы. А теперь подумай над моим предложением, пока я допью вот эту рюмку.