- Как же его можно взять, если он отсутствует. Кладбище на месте, труп убитого Антона Правдина тоже присутствует... Ну ничего, сейчас прочешем кладбище - деваться ему все-равно некуда. "Мерс" тут его с порезанными скатами стоит...

- Стоп, погоди, не части. Сколько вас там возле этого "Мерса"?

- Все пятеро, а что?- недоуменно басит Воля в трубку.

- Идиот. Немедленно двоих за угол к своей машине. Вы еще не знаете этого волка...

Он не успевает договорить, а Воля дослушать - за углом кладбища отчаянно рявкает стартер и слышится звук заведенного двигателя. Парни Воли, как по команде, срываются с места, бегут за угол и...возвращаются, угрюмо разводя руками. Вслед за ними к воротам выруливает какой-то частник на синих "Жигулях". На верхнем багажнике автомобиля - огромный венок из искусственных цветов, с болтающимися черными лентами.

- Поздно, шеф,- сообщает Воля.- Стреляный укатил на нашей машине. Ну кто же знал, что у него нервы из гитарных струн. Я бы на его месте...

- Вот поэтому ты и не на его месте, идиот. Немедленно сматывайтесь оттуда.

- Счас, шеф, подлатаем "Мерса" и двинем на нем. А неплохой бартер, скажу я вам, сделал нам этот Стреляный.

- У тебя что, вообще крыша поехала?- вконец разъярился Левочкин. Три семерки - это же машина "китайца". Конечно, если хочешь "свиньей" купаться в говне, я не против.

- Мать моя,- Воля схватился за голову. Конечно, он слыхал и о разборках с бригадой Кости Лесного, и о последующей затем казни кое-какой слушок в криминал просочился. - Да я эту тачку теперь десятой дорогой обойду. А на чем же, это, домой добираться? И что делать с Антоном? Ваш компаньон как-никак, Григорий Игоревич.

- Вот именно как-никак,- пробурчал в трубку Левочкин.- Выбирайтесь на Госпитальную набережную, я за вами машину уже послал. И захватите с собой этого...компаньона.

Бросив трубку, он тяжело вздохнул и вытер пот с побледневшего лица. Как видно, мадам Фортуна окончательно от него отвернулась. Угораздило же по новой наехать на "китайца". Ну кто знал, что Стреляный снова пашет на него? А что теперь? Он понял, что будет теперь. Аджиев начнет с того, что подсунет своим многочисленным друзьям в парламенте компромат на банк "Мосинвест". И пусть там будет обкновенная "деза"- ложь вперемешку с правдой, самые крупные вкладчики начнут спешно изымать свои капиталы. Потому что верят пословице "Огня без дыма не бывает". А там и до банкротства - рукой подать. Нет, надо срочно заключать перемирие с этим самураем, или как там его. На любых условиях - лишь бы потянуть сейчас время. А там все сгладится, забудется. Можно будет еще раз попытаться убрать Артура Нерсесовича, не повторяя ошибок прошлого. И Левочкин, еще раз тяжело вздохнув, тянется к трубке сотового телефона. Аджиев встретил Федора возле входной двери, как близкого родственника.

- Это что за новости? Где моя машина?

- На кладбище, Артур Нерсесович. Не виноват я, гадом буду,оправдывается Федор.- Какие-то паскудники изрезали скаты, пока я ходил за "волыной". Нужно съездить за ней, только пару запасок...

- Стреляли?- перебивает его Аджиев, пристально глядя в глаза.- Ты меня за лоха-то не держи, Федор, не надо.

- Ну, было маленько,- соглашается тот.- Запасли меня парни банкира. Как водится, мы на кладбище поиграли в индейцев, на том и расстались. Я взял у этих парней машину...напрокат. А что, нельзя?

- Можно,- соглашается Артур Нерсесович.- Все можно, Федор. Банкир, говоришь? Левочкин?

- Левочкин,- не спорит Стреляный.- Я пройдусь тут по бульвару, Артур Нерсесович, пока ты по телефону переговоришь.

- Пройдись, пройдись,- Аджиев уже далеко от него в своих мыслях. Совсем оборзел банкир. Не иначе, крепко становится на ноги в своих связях, если уже в открытую смеет выставлять ему предъяву.