Она засмеялась.

— Не верите? — Кирилл наклонился и заглянул ей в лицо. — На самом деле, я люблю Вятку.

— Что ж, — сказала она, — мне придется полюбить тоже. Надеюсь на взаимность с ее стороны. — Она усмехнулась. — Для того чтобы сдать английский в вашей аспирантуре, я училась на курсах в Бирмингеме. У меня до этого был только немецкий.

— Вас здесь уже… полюбили, — тихо заметил он.

Ирина вздернула подбородок и снова покраснела.

— Вы ведь поступили в аспирантуру? — Его глаза смеялись. — Значит, вас здесь полюбили. Я об этом.

Она сдержанно кивнула.

— Кажется, я знаю, чем вы занимались в свободное от уроков время.

— Неужели? — рассмеялась Ирина.

Ей было приятно, что наконец-то этот заметный молодой мужчина перестал наблюдать за ней, а подошел. Она ждала. Он не решался или испытывал ее терпение?

— В перерывах между ними вы ходили по магазинам.

— Вы очень внимательны, — усмехнулась Ирина.

Кирилл говорил правду. Бежевые брюки выше щиколотки, бежевая блузка, бежевый пиджак, такого же цвета легкое пальто — все оттуда. С самого детства отец внушал ей, что женщина не должна походить на сойку — птицу в пестром оперении и с резким громким голосом. Он-то знал, о чем говорил, — полжизни провел в лесу.

Ирина заметила, что Кирилл придержал шаг возле синей «десятки». Его? Она ожидала кваканья сигнализации, но он прошел мимо машины. Собирается проводить до библиотеки? Наблюдательности тоже научил отец, у него на метеостанции Ирина проводила каждое лето.

На самом деле Кирилл убрал палец с кнопки брелока в кармане, решил «прогулять» девушку до библиотеки старыми улочками. Они всегда нравились ему — то игриво взбегали на пригорок, потом, ловко изогнувшись, спускались к оврагу. А сейчас он полюбил их еще больше — на месте старых построены новые дома из красного кирпича, с коваными заборами, но повторяющие облик прежних, деревянных. Со временем он будет жить в таком доме, обязательно.

Воображая себя хозяином, Кирилл пытался представить себе хозяйку такого дома. Особенную. Он увидел ее в коридоре института, долго наблюдал за ней — как ходит, как говорит, как одевается, и вот наконец познакомился. Теперь она идет рядом, не подозревая, какая роль ей отведена.

Он повернулся к ней.

— Можно я возьму вас под руку? — тихо спросил, когда они поравнялись с самым новым домом.

— Возьмите, — разрешила Ирина, немного удивившись старомодной вежливости.

Его рука быстро скользнула под ее локоть и слегка сжала. Ирина почувствовала, как вспыхнул бок…

1

— Я заметил тебя сразу, — бормотал Кирилл, утыкаясь носом ей в шею. — Откуда, думаю, взялась такая?

— А что особенного ты увидел? — фыркнула Ирина, отстраняясь от его жестких усов. Они щекотали тонкую кожу.

— Если сказать словами… — Он усмехнулся.

— По-моему, таких, как я, здесь полные коридоры, — бормотала она, уже не отстраняясь и закрывая глаза.

Он зарылся лицом в ее волосы. Она разгребла их пальцами и увидела, как темная борода спуталась с ее волосами.

— Очень правильная длина волос, — заметил он.

— Почему?

— Не мешают целовать…

— Что именно? — игриво спросила она.

— Спину. Она должна быть голая. — Он перевернул ее на живот и прошелся рукой по белой коже. — Ты не умеешь загорать.