Несколько дней без сна и отдыха мы обучали рабочих совершенно новому, непривычному делу. И сейчас я видел результат нашей работы, все знают и понимают, что и как делать. Движения бригад были слаженными, каждый знал свою задачу.

Поздно вечером мы с Андреем возвращались из партийного дома в наш Блиндажный посёлок, где не были почти целую неделю. Конечно, сказать, что за эти семь дней наша нога туда не ступала, нельзя. Но ночевать приходилось или в кабинете треста, или в лучшем случае в партийном доме, урывая по несколько часов сна между совещаниями и проверками.

И вот теперь, после позднего доклада товарищу Андрееву, можно позволить себе вернуться домой, в наш Блиндажный посёлок, где нас ждёт баня и поздний ужин, который для нас приготовил Василий. Мысль о горячей бане и домашней еде была необыкновенно притягательной после недели напряжённейшей работы.

Это я знал абсолютно точно, так как накануне поездки с отчётом мы виделись с нашим Иваном Петровичем, с которым и передали, что сегодня приедем домой. Он обещал всё организовать, как надо.

На нашей видавшей виды «эмке» особо не разгонишься. Андрей, конечно, молодец и каждый день что-то с ней делает, подкручивает, регулирует, но всё равно пока она скоростными качествами не отличается. Меня это, надо сказать, совершенно не огорчало. Я ехал, погружённый в свои думы, и, вспомнив слова Виктора Семёновича, мысленно подводил первые итоги своей деятельности в Сталинграде.

Конечно, начало строительства экспериментального завода панельного домостроения, это большой глобальный успех, который возможно имеет большое государственное значение. Но через год или даже два, не раньше. Надо быть реалистом и понимать, что быстрой отдачи от воплощения этой идеи в жизнь не будет. Технология должна быть отработана, кадры обучены, производство налажено.

А ситуация в Сталинграде такова, что успех был нужен ещё вчера. Всё, что делается, должно срабатывать очень и очень быстро, давать немедленный эффект. И у меня здесь есть большие значимые успехи и результаты, которые уже становятся видны.

Городской строительный трест за это короткое время я превратил в достаточно мощную строительную организацию, которая фактически монополизировала всё восстановление и строительство жилья во всём Сталинграде, кроме, конечно, частного сектора. В наших десяти строительных участках работает почти четыре тысячи только рабочих, двести человек на ремонтном участке, почти три сотни в управлении и на базе. Огромная армия строителей, слаженный механизм.

Как нам удалось этого добиться за такой короткий срок, мне лично не понятно, но удалось, и это самое главное. На заводах открытым текстом говорят, что штаты планируемых для развёртывания ОСМЧ надо будет урезать. Они должны будут заниматься только восстановлением промышленных зданий, а восстановление всего ЖКХ заводов поручить нашему тресту. И это очень и очень правильно, логично с точки зрения эффективности использования ресурсов.

За считанные дни, просто за счёт простой концентрации наших строительных участков, преобразился Кировский район. В нём уже нет ни одного пострадавшего жилого здания, на котором не шли бы восстановительные работы. И очень даже возможно, что к майским праздникам все восстановительные работы по линии нашего треста будут закончены. До Первого мая оставалось меньше двух недель, но темпы позволяли надеяться.

Это, конечно, не означает, что в Кировском районе не останется следов недавней битвы. Их ещё очень много, чего стоят многочисленные разрушенные частные дома. Но весь государственный жилой фонд мы успешно восстановим, это уже не вызывает сомнений.

На трёх ведущих сталинградских заводах наш трест начал успешно восстанавливать знаменитые рабочие посёлки заводов.