— Внимание всем! — громкая команда, усиленная рупором, разнеслась по всей округе. — Поздравляю всех с успешным выполнением задания партии и правительства. Наш первый пятиэтажный панельный дом принят государственной комиссией без каких-либо замечаний. Но нам, товарищи, некогда почивать на лаврах. Многострадальный Сталинград ждёт от нас скорейшего возведения нового жилья. Поэтому всем приготовиться!

Он взял эффектную паузу. На площадке стояла полная тишина. Потом выдохнул и скомандовал:

— К монтажу первого серийного пятиэтажного панельного дома приступить!

На стройплощадке сразу всё пришло в движение. Взревели моторы кранов, кран пошёл в разворот, бригадиры отрывисто покрикивали, расставляя людей по местам. Застучали молотки, зашелестели чертежи, кто-то побежал к штабелям с плитами. Запах солярки смешался с запахом свежего бетона, земли и осеннего воздуха. Корреспонденты бросились вперёд, занимая точки для съёмки, один встал на деревянный ящик из-под оборудования, чтобы снять происходящее сверху. Щелчки затворов перемежались с командами бригадиров и коротким звоном металла.

Юдин повернулся ко мне, и голос его чуть дрогнул:

— К такому моменту невозможно относиться равнодушно. Сколько раз уже участвовал сам или просто присутствовал при подобном, но каждый раз испытываю волнение. Особенно сейчас, во время войны. Вы, товарищи, даже не представляете, какое великое дело вы сделали. Я объехал немало строек за последние годы, видел всякое. Но такого, — он на мгновение замолчал и кивнул в сторону работающего крана, — такого ещё не видел. Это не просто быстро. Это по-другому устроено. Это меняет саму логику строительства. Наш Наркомат выйдет с предложением о награждении всех участвовавших. Товарищ Гинзбург распорядился просить вас, Георгий Васильевич, представить ему как можно скорее список всех товарищей, участвовавших в подготовке и реализации этого проекта. Первыми фамилиями, по его мнению, должны быть ваша, товарища Чуянова и товарища Андреева. Скромничать в этом деле не надо.

Я слушал его и смотрел на стройплощадку. Кран поднял первую плиту перекрытия, двое рабочих направляли её на место точными, привычными движениями. Всё было отработано до автоматизма. Мне вспомнились первые пробные монтажи, когда каждый шаг давался с трудом. Тогда иногда казалось, что до вот этого, до плавной, уверенной работы без лишних движений, ещё очень далеко. Но люди учатся быстро, когда понимают зачем и ради чего работают. Эти люди понимали.

Мы молча наблюдали за разворачивающимся действием на стройплощадке. Час, целый час! простояли, не двигаясь с места. За время, прошедшее с первых пробных и экспериментальных монтажей, наши рабочие, техники и инженеры стали профессионалами высочайшей пробы. Каждый знал свой манёвр, всё было тщательно подготовлено и проверено заранее, и потому через час начался монтаж плит первого этажа. Смотреть на это было приятно почти физически: ни суеты, ни лишних движений, только слаженная, уверенная работа.

Юдин, стоявший рядом совершенно завороженный, наконец оторвался от зрелища и повернулся к своему помощнику, безмолвно ожидавшему команды:

— Сергей, командуйте нашим товарищам садиться в автобус.

Повернувшись ко мне, он протянул руку:

— Ещё раз поздравляю, товарищ Хабаров. Это совершенно новая страница в истории строительства.

— Благодарю, Павел Александрович. Надеюсь, что страниц таких впереди ещё много.

— Непременно будет, — он крепко пожал мне руку и повторил тихо, почти для себя: — Непременно будет. Страна большая. Работы на всех хватит.

Поздравив также Соколова со Смирновым, сказав каждому несколько слов, Юдин быстро направился к автобусу.