Я поднял руку, чтобы ударить по этой наглой роже. Но раньше чем мой кулак коснулся его лица, оно превратилось в физиономию ухмыляющегося красного Дьявола. Теперь он был не меньше чем на два фута выше меня. Дьявол наклонился ко мне, ухмыляясь и облизываясь раздвоенным языком. От него веяло обжигающим жаром, и я почувствовал, что Ричард тянет меня назад. Я уже не думал о том, чтобы кого-нибудь ударить, – назад, назад, только назад. И если бы я не начал переставлять ноги, то Ричард оттащил бы меня волоком. Пылающий демон тянулся ко мне, его рука находилась так близко, что я мог разглядеть тысячи тысяч огоньков, из которых она состояла. Огни так тесно и плотно прижимались друг к другу, что образовали цельное тело, плоть.

Он мог бы расплющить мое лицо, если бы сжал его этими руками. Но Ричард, действуя со скоростью торнадо, сумел оттолкнуть меня назад, и красные руки лишь на мгновение мелькнули передо мной. Они успели схватить мою руку, ту самую, которой я замахнулся на Дьявола. Как будто тысячи раскаленных кинжалов вонзились в кожу, едкая кислота хлынула в мои раны. Я невольно застонал и, перед тем как погрузиться во мрак, услышал довольное хихиканье.

– Грем, как ты? – спросил Ричард.

Я не мог смотреть на него, поскольку по моему лицу он узнал бы правду.

– Все в порядке, – ответил я.

Что ж, это почти правда, это то, что должно быть правдой. Я понимал, что только что был намного ближе к смерти, чем когда-то на Кенделл-Пойнт. Мне все еще мерещилась огромная ухмыляющаяся красная физиономия. Один только я знал, как я испугался.., так испугался, что не двинулся бы с места, если бы не Ричард. Казалось, что по той руке, до которой дотронулся монстр, проехал танк.

– Точно?.. – неуверенно начала Пэтси.

– Я никогда никого не покидал. Господи, никогда. Когда-нибудь я расскажу вам историю моих браков.

Но, даже сказав это, я все равно снова увидел перед собой ухмыляющуюся красную рожу, увидел ее так близко, что во мне опять начал подыматься первобытный страх. Сатана!

Он никогда не существовал для меня, разве что как метафора.

Я вспомнил, что говорил в Лондоне: "Дьявол загрязняет водоемы по всей Америке", и почувствовал, что снова могу двигаться.

– Как вы думаете, что там впереди? – задал я им вопрос.

– Мне бы не хотелось узнавать это, – сказал Ричард.

Мы шли вперед. Рука моя болела. Мы блуждали по туннелю, и наконец я увидел, что он заканчивается.

Обнаженные и тучные, они стояли вдоль стен этого огромного зала – старики и старухи, застывшие словно манекены. Глаза закрыты, кожа бела как мел. Старые полусгнившие куски плоти. Среди них я заметил моих старых знакомых по пляжу Гарри и Бэйб Зиммеров. Я поскорее отвел взгляд.

Когда мы прошли мимо, то я увидел, что они ужасающе медленно поворачиваются мне вслед.

– О нет! – Я увидел, что ждет нас впереди.

Повернувшись лицом к нам, у входа в зал стоял доктор Норм Хугхарт, такой же белый и такой же мертвый, как и Зиммеры. Его маленькая ленинская бородка сейчас отросла и выглядела запущенной. Так же как и Зиммеры, он двигался так, словно плыл под водой. Внутри живота Хугхарта извивался белый толстый червь. А позади Норма, как будто в замедленном кино, двигались тысячи мертвецов.

Мы прошли мимо Хугхарта, вдоль этого страшного сборища мертвых. Мои нервы были на пределе – я не хотел никого видеть, я не хотел смотреть в их лица, я хотел только поскорее миновать это ужасное место.

Похоже, что сейчас нам не угрожала реальная опасность – мертвецы двигались так медленно, что даже я мог бы легко сбежать от них.