— Глен и несколько его собутыльников только что напали на меня и моего друга… С нами все в порядке… Мой друг разделался с ними… Да, папа, он настоящий мужчина… Нет, ты с ним не знаком. Сейчас не время для этого. Просто приходи сюда. Мы в проулке рядом с баром… Хорошо, но только поторопись. — Она закрыла телефон и убрала его в сумочку.

Маркус увидел, что Глен попытался встать, но снова упал и замер на месте.

— Ты не думаешь, что нам следует вызвать полицию?

Мэгги улыбнулась.

— Мой отец полицейский. Вообще-то он даже местный шериф.

— О, вот это прекрасно!

— Для тебя ведь это не проблема? Многие парни бежали от меня сломя голову, когда узнавали, что мой папочка — шериф. Наверное, это их пугало.

— Меня не испугает. Я с большим уважением отношусь к тем, кто носит полицейский жетон. Я и сам коп в третьем поколении. Или вернее… Вернее сказать, что я им был.

— Но теперь уже нет?

— Нет, теперь уже нет.

Впервые за долгое время он подумал, что мог бы снова стать полицейским. Вероятно, я мог бы получить работу в качестве одного из заместителей шерифа, патрулировать местные дороги, время от времени выписывая штрафы. Это было бы невероятно далеко от того мира, который он оставил позади. Да и обращаться к бывшему работодателю с просьбой дать ему рекомендации тоже было не очень удобно.

Явно не желая продолжать этот разговор, Мэгги вздохнула и откинула с лица белокурую прядь. Бронзовый загар делал ее волосы светлее, чем они были на самом деле. Она не пользовалась косметикой и не нуждалась в ней. Надпись «Ашертон Тэп» на ее розовой футболке означала название бара, где она работала официанткой и где они познакомились в тот вечер. Он предложил проводить ее домой.

— Извини меня за все это, — сказала она. — Я знала, что Глен запал на меня, но и подумать не могла, как далеко он способен зайти.

Маркус улыбнулся. Ему трудно было поверить, что он встретил такую девушку в первый же день своего нахождения в городе. Хотя из собственного опыта он знал: то, что вначале кажется невероятным, очень часто оказывается правдой.

— Не беспокойся об этом. Я могу позаботиться о себе.

— Я успела заметить.

Он пожал плечами.

— Это все фильмы с Чаком Норрисом.

Мэгги хихикнула.

— Не пойми меня неправильно. Ты действительно выглядишь мужчиной, способным постоять за себя, но только обычно это еще ничего не значит.

— Я изучал приемы боевых единоборств и занимался боксом, когда служил в полиции. Вдобавок к этому я вообще был довольно драчливым, пока не повзрослел. Но если начистоту, то, что здесь произошло, только на треть результат моих способностей, а на две трети — везение.

Да, ему повезло. Но ему почему-то всегда везло в подобных ситуациях. Он неизменно выходил победителем в схватках с противником. И когда только чистая удача сменилась подлинным мастерством? И когда мастерство превратилось в настоящий талант? В какой-то момент он осознал, что владеет даром причинять людям боль, и это его пугало. Ему хотелось, чтобы все продолжало зависеть от везения, но в глубине души он понимал, что так все же лучше. Знал свои истинные способности.

Он заметил мерцающие огни за углом. Вскоре прямо перед ними остановился патрульный автомобиль. Пожилой мужчина с посеребренными сединой волосами и с бородкой-эспаньолкой вышел из машины. Мэгги вкратце обрисовала ситуацию тому, кто, как понял Маркус, и был ее отцом.

В конце проулка уже собралась толпа из посетителей бара.