Владимир налил кипяток, сегодня из-за лютого холода в кухне поднявший особенно пышное облако пара над его чашечкой, и услышал тихий стук босых женских ног по коридору. Лея с улыбкой вошла в кухню и, поцеловав Володю и чуть склонив набок свою прелестную головку, бросила укоризненный взгляд на чашку с ароматным бодрящим напитком. Лея была все так же обнажена и, похоже, чувствовала себя в только что не звенящем морозном воздухе кухни как рыба в воде. Владимир не знал, что этой ночью за широко распахнутыми окнами его квартиры было минус десять, но догадывался, что сейчас в жилище его было не намного выше нуля. Кофе за считанные секунды стал вполне пригоден для питья, а если выждать еще минуту, то его смогут пить разве что анданорцы. Владимир же и так не кололся, не курил, выпивал мало, да и то по праздникам, и не имел не малейшего желания отказываться от скромной радости выпить чашечку кофе таким особым утром. Потому он, не стесняясь с многозначительной улыбкою глядящей на него Леи, взял чашку и с наслаждением отхлебнул живительного тепла, так необходимого сейчас его промерзшему за ночь насквозь, именно как пельмень в морозилке, телу.

— Что, наркоман, кумарит тебя без твоей наркоты? — нежно глядя на Володю, бросила Лея. Володя в ответ засмеялся и сказал:

— А еще говорила, что художественные фильмы не нужны. Где бы еще ты набралась таких словечек?

— Да, — сказала Лея, садясь к Владимиру на колени и обнимая его за шею, — с точки зрения расширения словарного запаса они полезны, не спорю.

Володя погладил Лею по животику и сказал улыбающейся девушке, подарившей в ответ на ласку ему такой лучистый, такой влюбленный взгляд:

— Радость моя, я хочу, чтобы мы всегда были с тобою вместе. Я хочу, чтобы то, что было между нами, было не просто романом. Я готов отдать тебе все свое будущее и хочу, чтобы ты сделала то же самое. Как тебе мое предложение?

Лея коснулась нежными пальчиками щеки Владимира и глубоким, завораживающим голосом, будто идущим прямо от ее сердца, а то и самой души, ответила Володе:

— Думаю, обстоятельства даже способствуют твоему взгляду на вещи. Я уже не офицер Анданора — какой я офицер после того, как не застрелила тебя вчера, ты уже не боец Сопротивления — какой ты партизан после того, как решил развлекаться с моим телом, вместо того чтобы предоставить его для опытов подпольщикам. Но я не это тебе хотела сказать. Знаешь, я раньше не верила в любовь с первого взгляда. А теперь начинаю — в любовь с первого взгляда до последнего вздоха. Так вот, — продолжала Лея, положив ладошку на закованную в куртку и два свитера грудь Володи, которому показалось, что он все равно чувствует теперь тепло ее пальцев сквозь слои шерсти и кожи, — мне кажется, что даже если бы обстоятельства были против нас, я все равно согласилась бы с твоим предложением. Да, милый, я согласна, — сказала Лея, опьяняя Владимира призывным взглядом своих кошачьих глаз и накрепко обвивая руками его шею.

— То есть, — уточнил Володя, обняв Лею за спину и талию, — можно теперь называть тебя своей женой?

— Да, мой милый муженек, — улыбнулась Лея. — Это для меня приятно еще и тем, что тогда я смогу в любое время призвать тебя для исполнения супружеского долга.

Лея медленно приблизила свое лицо вплотную к лицу Владимира и, лизнув его в нос, прильнула губами к его уху и сладко шепнула внутрь:

— Сейчас, например…

Володя торопливо допил свой кофе и, легко подняв Лею на руки, понес ее в большую комнату, на ковер, где она вчера вечером переодевалась под дулом плазмомета, удивляясь причудам судьбы.