После этого, реализуя свой преступный умысел, проник в кабинет судьи окружного суда - Мосейчука В.В. и, угрожая ему оружием, похитил личные вещи судьи.

Принятыми мерами задержать Волина М.П. по горячим следам не удалось.

В местах возможного появления преступника выставлены засады, патрульные наряды получили описание и фотографии Волина М.П. и проинструктированы на его розыск. Фотография преступника размножена и вместе с приметами передана во все экипажи и на посты.

При задержании предписано соблюдать осторожность - преступник вооружен.

- Да что вы говорите?! - судья возмущенно фыркнул и откинулся на спинку кресла. - Как это так - получили сигнал о нападении и не смогли задержать одного разбойника? А что в таком случае делают у нас в суде аж четверо ваших сотрудников? Зачем устанавливают в кабинетах кнопки экстренного вызова полиции?

И он возмущенно ткнул пальцем в лежащий на столе брелок.

- За каким рожном я таскаю с собою эту штуку? Для самоуспокоения?

Начальник криминальной полиции округа виновато развел руками. На его лице присутствовало отдающее подобострастием выражение самого глубокого раскаяния.

- Ваша честь! Это не обычный бандит - бывший спецназовец! Человек тренированный и хорошо подготовленный! Наверняка, он просто не пошел стандартным путем - выскочил прямо со второго этажа. Там, где его никто и не ждал… Предполагалось, что он, как и все нормальные люди, пойдет через двери…

- Да? А назад он таким макаром не запрыгнет?

- Ваша честь! Он всё-таки бандит, а не сумасшедший! Лезть в улей, полный рассерженных пчел… это совсем надо мозги пропить! А уж Волин-то точно не алкаш!

- И с чего вы это взяли? - недоверчиво спросил судья.

- Незадолго перед получением повестки в суд он продал квартиру, снял со счета деньги и тщательно уничтожил всё, что хоть каким-либо образом могло помочь нам при его розыске.

- Продал? То есть, вы хотите сказать, что его действия были обдуманными? Продать квартиру - дело не быстрое!

- Вероятнее всего, он предполагал такое развитие событий. Наверняка, уже и путь отхода продумал. Мы напрасно ищем его в Москве - он уже далеко. А квартиру он не продавал - взял деньги под её залог. Здесь всё чисто - мы специально проверяли.

- Да? Ну, хоть что-то приятное вы мне сказали… - облегченно вздохнул Мосейчук. - А то я уж и работать-то не могу спокойно! Аж руки дрожат!

"Пить тебе меньше надобно, - думал полицейский, шагая по коридору, - тогда и тремор перестанет колотить…"

Выпроводив начальника отдела, Мосейчук вызвал секретаршу и продиктовал ей несколько документов. Письмо в ГУВД, содержащее критику действий полиции в данном случае. Письмо к председателю городского суда с требованием личной охраны. Приговор по делу Погонина он диктовал с особенным душевным подъёмом, даже голос срывался от возмущения.

Понятное дело, что штрафом здесь не ограничилось. Он не только вырос до полумиллиона рублей - судья влепил мне полгода тюрьмы. За неуважение к суду.

Ай да судья!

Вот ведь скотина-то!

Я ж ему, собаке такой, поверил. Какой он убедительный был…

Слушая по телефону его возмущенный голос, только головою качаю. Вот и верь после этого людям!

Уходя из кабинета, я засунул один из "конфискованных" телефонов за шкаф. Мосейчук, привязанный к креслу, смотрел в окно печальным взглядом и заметить этого не мог. Предварительно настроив телефон на автоподнятие трубки, выставляю на нем бесшумный режим. Теперь можно слушать всё, что происходит в кабинете.