Один из них показался Стефани знакомым.

— Леон, нам нужно туда зайти. Я хочу кое-что купить.

Зайдя внутрь магазина, она двинулась вокруг большого стола, приподнимая лежавшие на нем тяжелые фолианты. Каждый из них хранил географическую карту, проложенную с обеих сторон для сохранности прозрачными пластиковыми листами.

— Ах, вот она! Тебе нравится?

Леон удивленно вскинул брови.

— Она просто великолепна. Это очень редкая вещь. Работа Торнье. А ты представляешь себе, сколько она стоит?

— Какая разница? Я хочу купить ее тебе в подарок.

Показался крохотный, сгорбленный старичок, опиравшийся на трость. Его седые волосы были растрепаны, а седая бородка подстрижена клинышком.

— Слушаю вас, мадам. — Он назвал цену.

— Отлично, — ответила Стефани.

Склонившись над картой, Леон внимательно рассматривал ее.

— Великолепная вещь. Я давно такую искал. — Вместе с хозяином магазина они стали сравнивать эту карту с остальными; Леон сказал, что он — художник и считает географические карты произведениями искусства. Они еще немного поговорили, время от времени отвечая на вопросы Стефани и наслаждаясь общением друг с другом. Потом Леон, обращаясь к Стефани, сказал:

— Мне бы все же хотелось подождать. Ты не против, если сегодня мы не будем покупать эту карту? Сначала давай точно узнаем, где мы с тобой будем жить, чтобы не таскать ее повсюду с собой. Потом можно будет договориться, чтобы нам переслали ее по почте.

— Ах! Что ж, если ты так считаешь, то… да, конечно. Но мне все-таки хочется подарить ее тебе. Мы пока подождем, — сказала Стефани, обращаясь к хозяину магазина.

— Я могу придержать ее для вас. Месье, не могли бы вы оставить мне свою визитную карточку…

— Нет. Картин у меня сколько угодно, а вот с визитными карточками дело плохо.

— Мы вам позвоним, — сказала Стефани. Перед уходом Леон бросил напоследок взгляд на карту, которую человечек с седой бородкой аккуратно укладывал в пластмассовый футляр.

— Ты просто умница! — сказал он ей, пока они шагали в направлении «Фурнитюр артистик» — магазина принадлежностей для художника. — Мне всю жизнь хотелось иметь такую карту. — Войдя в магазин, Леон поздоровался с высокой, широкоплечей женщиной, у которой были пухлые щеки и слишком большие для нее очки, отчего она казалась похожей на добродушную сову. Они принялись разговаривать о картинах маслом и акварелях, а Стефани тем временем бродила по магазину. Ей доставляло удовольствие это многоцветье красок, эти наборы кистей, разложенные по размеру, словно солдаты в строю, скатанные в рулоны холсты — тоже рассортированные по размеру, палитры, свисавшие с длинных шестов. Когда женщина ушла искать какой-то гипс, Леон обнял Стефани за талию.

— Сабрина, дорогая, подожди еще немного.

— Мне здесь нравится. Макс не любил ходить по магазинам. Он предпочитал разглядывать витрины.

— Мужья, как правило, не любят ходить по магазинам.

— Некоторые все же ходят.

Он улыбнулся.

— Возможно, один такой и отыщется.

Вернувшись, хозяйка магазина завернула в бумагу покупку, сделанную Леоном.

— Благодарю вас, месье. Надеюсь скоро снова вас увидеть.

— И я надеюсь. Но в следующий раз я буду ходить по магазинам Парижа, — сказал он, обращаясь к Стефани, когда они вышли на улицу. — Придется заново обзаводиться знакомыми среди владельцев магазинов, где можно будет покупать все, что нужно для работы.

Стефани остановилась.

— Похоже, из-за меня твоя жизнь резко меняется.