Облегченно вздохнув, Сабрина откинулась на спинку кресла. Почему она решила, что, выслушав ее, Гарт сразу рассердится или чего-то испугается? Он ведь знает, что она продает «Амбассадорз» и дом на Кэдоган-сквер, знает и то, что теперь ей не хочется разрываться между домом и Европой. Просто мне померещилось, мелькнула мысль.

— Виделась с Сиднеем Джонсом и подписала документы о передаче прав собственности на «Амбассадорз», теперь он принадлежит Александре. Но мне пришлось массу времени провести в магазине: нужно было проверить бухгалтерские книги, побеседовать с Брайаном, просмотреть опись имущества…

— Словом, ты стараешься все сделать так, чтобы при расставании не терзаться угрызениями совести.

Она улыбнулась.

— Да, примерно. Ничего страшного, просто становится немного грустно. Как при окончании школы.

Он усмехнулся.

— Интересное сравнение, мне нравится. Кстати, ты уже решила, в какой гостинице собираешься остановиться в Париже?

— Пока еще нет. Как только решу, сразу дам тебе знать.

— Хорошо. Дети рвутся поговорить с тобой. Предупреждаю тебя заранее, пока шум в трубке не стал совсем невозможным.

— Спасибо. Я люблю тебя, Гарт.

— Я тоже люблю тебя, дорогая моя.

Не успел он попрощаться, как в трубке послышались голоса Пенни и Клиффа, дожидавшихся своей очереди у параллельных аппаратов. Они принялись болтать о школе, спортивных занятиях, друзьях и подругах, перебивая друг друга, рассказывая во всех подробностях свою жизнь в Эванстоне. А она представила их трехэтажный дом, высокие потолки в комнатах, отполированный до блеска деревянный пол, камины, выложенные плиткой, полки с книгами, подвал и чердак, где можно наткнуться на настоящие сокровища, кухню с продавленным диваном, на который так славно среди дня присесть и отдохнуть. Мой дом, подумала Сабрина, вспоминая, каким теплом он одаривает всю семью, когда они собираются вместе.

Тем не менее она почувствовала легкое нетерпение, слушая болтовню детей. Повесив трубку, Сабрина раскрыла телефонный справочник на странице с антикварными магазинами и картинными галереями и забыла обо всем. Теперь ей нужно только искать. Искать Стефани.

Первым делом она обзвонила магазины, расположенные в Авиньоне. Ей очень понравилось название «Арджуна», поэтому она позвонила сначала туда и поинтересовалась, не работает ли там Сабрина Лонгуорт.

— Нет, таких у нас нет, — ответил владелец магазина, и Сабрина уже собралась повесить трубку, но, передумав, спросила:

— А просто Сабрина?

И снова ответ: нет. Тут Сабрина додумалась, что если Стефани скрывается вместе с Максом, вряд ли она называет себя Сабриной Лонгуорт. Они наверняка сменили фамилию.

Если только это на самом деле Стефани. Если только она на самом деле жива.

Надежда постепенно таяла. Но Сабрина разыскивала не привидение, а свою сестру.

До самого вечера она просидела на телефоне: антикварные магазины в Авиньоне, Арле, Ле-Бо, Сен-Реми. «У вас в магазине не работает женщина по имени Сабрина?» Все было тщетно. На следующий день она наугад решила попытать счастья к востоку от города и стала звонить в магазины в Эксан-Провансе и Сен-Сатюрнине, но опять неудача. Наскоро перекусив и разложив перед собой карту, она стала звонить в магазины городов, расположенных между Эксом и Авиньоном: Апте, Фонтен-де-Воклюз, Карпантра, Оранж, Горд, Русильон. О вот, наконец, во второй половине дня она добралась до Кавайона и позвонила в магазин «Жаклин из Прованса».

Трубку взяла женщина, и Сабрина машинально повторила свой вопрос.

— Скажите, у вас в магазине не работает женщина по имени Сабрина?

— Сабрина? Это ты? — в свою очередь, спросила женщина.