— Он выследил ее, не так ли, сэр? Через ее сайт?

— Иначе я бы не участвовал в расследовании, ведь ки-берслежка относится к епархии НСКР. — Отвечая, я вспомнил детектива Дэвис.

— Дэйв Варном утверждает, что сосед Джеймс Уайтхед годится на роль подозреваемого не меньше, чем любой другой.

— То, что он уехал, вовсе не означает, что он виновен. Все вокруг нас чувствуют себя преступниками.

Мы едва ползли вперед, продираясь сквозь пробку. Компьютеризированная система управления транспортом была уничтожена в ходе Инфовойны, три попытки вернуть ее к жизни провалились. Заторы на дорогах стали образом жизни. Лучи солнца гневно полыхали на стекле и металле.

— Простите, но я пропаду без сигареты, — вздохнул я. — Стекла опущены, и мое курение будет не страшнее выхлопов.

— Не могу видеть, как вы страдаете, сэр.

— Благослови вас Бог.

— Я еще никогда не ездила в «мини».

— Классический дизайн, — заметил я.

— Как-то непривычно ехать на уровне выхлопных труб остальных автомобилей.

— Вероятно, вышло бы быстрее, если бы вы двинулись пешком, детектив Сэндс.

— Мне здесь совсем неплохо, спасибо, сэр. И я хотела бы знать, почему вы так упорно ищете Тима Ковени?

— Вам известно, что он уже попадался полиции?

— Это не означает, что он украл компьютер Софи Бут.

— Будем надеяться, что украл, или эта линия расследования оборвется.

— Если мы даже найдем старый компьютер Софи Бут, вы уверены, что там еще есть что-то полезное для нас?

Я рассказал Сандре Сэндс то, что знал о свойствах памяти. Очень трудно для кого бы то ни было уничтожить информацию с жесткого диска компьютера. Дополнительные хранилища системных файлов, резервные копии документов, файлы подкачки, которые увеличивают оперативную память, выгружая данные во временный буфер на жестком диске… Даже полное форматирование диска не способно уничтожить следы документов. Информация не исчезнет, став эфиром, когда нажимаешь клавишу «Delete» или когда перетаскиваешь файл в корзину. Все, чего можно этим добиться, так это удалить данные о расположении файлов на диске и освободить пространство, так что на нем можно записать новые данные. Но стертые файлы можно восстановить, даже если сверху что-то частично записано. На каждый блок данных отводится, как правило, тридцать два килобайта, что достаточно для двадцати страниц обычного печатного текста. Даже если этот объем используется вновь, какие-то данные остаются в том или ином уголке, и сверхчувствительные датчики способны уловить призрачные следы информации из магнитных секторов перезаписанных треков.

— Если вы хотите бесследно уничтожить некий файл и точно знаете, где он расположен, вам нужно перезаписать его сто или более раз, — пояснил я. — А лучше всего нагреть жесткий диск до такой степени, чтобы он раскалился — тогда-то вы уж точно добьетесь нужного результата.

— Или можно извлечь жесткий диск из компьютера, — догадалась Сандра, — и бросить в речку, в надежде, что его никто не найдет.

— Да, можно.

— Наверное, это и случилось с жесткими дисками, вынутыми из компьютера Софи Бут.

Сандра выключила магнитофон, чтобы прослушать мою небольшую лекцию. Я опять запустил его ради «Другой девушки. Другой планеты».

— Вы не против? Это помогает мне думать.

— Мой отец любил оркестры ударных и волынок, сэр. После этого я способна слушать что угодно.

— Я потерял свои компакт-диски и катушки, когда выгорела моя квартира.