— Хорошо! — Совершенно серьезно кивнула девушка… и только, когда я был уже в дверях палаты, мне в спину долетел тихий вопрос: — Все совсем хреново, да?

— Ну что ты! Неужели ты думаешь, что я… что мы с чем-то не справимся?

— Я в тебя верю. — Спокойно ответила мне супруга… и от этого выражения лица мне чуть не стало плохо — она действительно успокоилась, услышав мое обещание! Ксо…

…естественно, все не так плохо. Потому что хуже может быть — всегда! Кажется, это и называется «оптимистичный взгляд в будущее»?

Что бы добраться до другого пациента, мне пришлось пройти в другое крыло и спустится в подвал. Впрочем, пациент… пациентка… не скучала — рядом с ней обнаружилась сидящая прямо на бетонном полу Ринко.

— Мя? — Белые кошачьи уши на девичей голове дернулись… собственно, это была единственная часть тела, доступная для шевеления у бакэнеко. Ну, еще челюсть — я же не хотел, что бы аякаси испытывала удушье? — Мя! Мя-у!

— Ну, привет! — Я аккуратно просунул руку сквозь силовой каркас саркофага — «кошачьей переноски» и погладил сначала по щеке, потом по свободной от оков части головы за ухом. — Как ты тут?

— Мяф! — Некохиме зажмурилась, даже в таком состоянии во счасливой мордашкой принимая ласку… а когда я убрал руку — почти по-человечески вздохнула.

— Не пыталась вырваться? — Я провел пальцем по грубо сваренной арматуре, уходивший в наслоение армированной ей сверхпрочной, благодаря «парому света» разумеется, керамики.

— Нет. — Односложно ответила Кузаки, даже не повернувшись ко мне. Глаза… точнее веки девушки посинели и припухли — плакала, разумеется. — Она… как будто понимает, что так — лучше. Начинает кричать только тогда, когда я отхожу… еще на Тайчо шипела. И на Лиз. Как будто все понимает…

— Скорее всего — отчасти понимает. Может быть, не осознает себя — но система манаподдержки работает никуда не делась. Считай, она сейчас под тяжелой наркотой — совершенно не в себе, но где-то глубоко остались все знания… и интеллект той, что мы знали как Химари. Просто — отравление демонической маной… с которой мы ничего не можем сделать. То есть можем, конечно но — Я задумался, и подобрая аналогию… — Считай, она сейчас под наркозом, вот. Я, конечно, могу попробовать перфорировать ей череп и ввести деревянные иглы-манасъемники, как в скелетные мышцы, прямо в мозг… возможно, удастся ничего не повредить… не знаю как, но, может быть… но представь себя в таком положении — и в сознании? Тут и совершенно здоровый человек с ума сойдет через неделю!

Супруга вытерла украдкой уголки глаз — и, наконец, встала. Иглы, про которые я говорил, целиком находились внутри застывшего керамо-композита: их я втыкал и соединял линиями мана-отвода лично: больше трех сотен… будем называть своими именами — тонких колышков, как насосом осушающие резерв демона… увы, что бы добраться до ядра всей системы, мне нужно было пробивать внутренние органы — и голову. Не с такой скоростью, и не в том состоянии, что я вынужден был заниматься «Багровым клинком»… Зато — нет худа без добра, жестко зафиксированные конечности должны уже были срастить под напором маны аякаси множественные трещины костей и переломы — сколько мата было со стороны Сидзуки, когда мы буквально «собирали» переломанное тело, отброшенное взрывной волной на тридцать с лишним метров… и пробившее собой три стены.