– Разрешите проститься, – произнёс я.

– Да… мой лакей проводит вас, – безразлично ответила дама, не отрываясь от своего отражения.

Соблазнительница, позвонила в изящный колокольчик, явно утратив всякий интерес к моей скромной персоне.

– Прощайте, мистер Чезаре, – произнесла она, так и не соизволив обернуться.

Старейшина прозвал меня Чезаре, принимая в ряды клана, поскольку я легко зарекомендовал себя мастером отравления. Особенно прославился мой отравленный кинжал. Прежнее имя осталось сокрыто от всех. Спустя время, сам позабыл как меня звали, впрочем – к лучшему… Есть мастера, обладающие талантом чтения мыслей… Можно подчинить себе даже демона, узнав его рен…

Неподалёку ждал человек с пистолетом, уверенный, что легко покончит со своим противником одним выстрелом. Однако предательская осечка нарушила его планы – мой старый трюк вновь сработал. Мгновения хватило, чтобы оказаться рядом с недоумевающим противником. Удар кинжалом – и он не опасен…

Пройдя несколько шагов, вновь почувствовал пристальное внимание. Сопровождающие оказались весьма настырны. На сей раз стрелок умело скрылся в одном из тёмных окон ближайшего дома.

Прикрыв глаза, я сосредоточился, дабы вовремя уловить звук нажатого курка. Неслышный людскому уху щелчок вскоре прозвучал, доля мгновения – я отклонился в сторону. Пуля попала в стену дома. Стрелок из окна напротив не успел укрыться – брошенный кинжал поразил его. Уже мёртвый противник, пошатнувшись, выпал из окна на городскую мостовую.

Вдали доносились голоса полисменов. Спешно забрав кинжал, я скрылся в темноте. В районе Вест-Энда полиция на шум прибегает быстро, дабы сберечь покой спящих леди и джентльменов.

Простите, сеньора Коринг, что по моей дерзости вас постигло разочарование…

Мы сдержали слово, шантажистка, готовая на любую подлость ради бриллиантов, получила свою оплату. Какая насмешка судьбы – она погибла от того, что любила до безумия… Миледи умерла легко, мужчина не должен причинять боль женщине, даже убивая…

Нельзя было оставлять леди Коринг в живых, она не из тех, кому можно доверять.

Кодекс чести клана гласит – не убивать лишь тех, кто ведёт честную игру. Честность – весьма редкое качество для людей!

Вновь ощутил, что, совершив убийство, не испытываю никаких переживаний. Раньше смерть врага доставляла мне радость. Увы, вскорости дело убийства стало скучной рутиной – давно не испытываю наслаждения, глядя в глаза жертве… Убивать – такая же обыденность, как для мелкого чиновника переписать стопку бумаг…

Я избрал свой пути ради сокровенных тайн, но, спустя годы, полученные знания также наскучили… Только поиск новых неизведанных путей не даёт покоя, знаю, что наступит время, когда в моих руках окажется желанный ключик к запертой двери…

На сцене лысоватый старичок устрашающего образа гонялся за актриской, нарумяненной до непристойности. В финале пьесы, главный герой, не уступавший по слою пудры и румян своей партнерше якобы воткнул в брюхо старика осиновую палку. Стоящий в кулисах помощник высыпал на сцену гору пепла, символизируя кончину похотливого старикана-вампира. Неужто увиденное мною на сцене являлось олицетворением хвалёного английского юмора?

Какой вздор! Лишь недавно я научился спокойно взирать на подобное невежество, раньше меня охватывала непреодолимая злость.

Вампир имеет возможность поддерживать свои жизненные силы при помощи людской крови. Умирая, гость темноты не рассыпается подобно горсти пепла. Состояние его организма подобно организму человека в первую секунду смерти, когда кровь ещё не успела застыть в венах, а живое тепло не покинуло плоть. Как может тело рассыпаться в прах в первый миг после смерти? При вскрытии убитого вампира не отличить от мертвеца-человека.