Лана (Светлана? Артемьева?) пока держала себя в руках.

    – На Олеговой пустоши ЧП. Вооруженное нападение. Массовое убийство. Зама губернатора убили! Живайло, Ольшанского! Быстро сообщите начальству.

    – Быстро, значит? Разрешите исполнять? – переспросил гаишник, не двинувшись с места. – Права предъявите, мадам Артемьева.

    – Ладно. Дайте мне мобильник, я сама позвоню по ноль-два.

    – А у вас, мадам, что, трубки нету? – участливо спросил Васильев.

    – Нету! – начала заводиться Лана. – Она там осталась!..

    А в это время Сварог почувствовал, как в очередной раз тоненько запищал детектор опасности, сигнализируя, что таковая имеется, но пока умеренная, и едва машинально не пригнулся, одновременно оглядываясь, – слишком уж свежа в памяти была недавняя вертолетная атака, которой тоже предшествовал негромкий зуммер опасности.

    – Разберемся. Доложим куда надо. А пока документы, – сержант наклонился еще ниже, внимательно оглядел салон, задержав взгляд на Свароге. – Ваша машина или по доверенности ездите?

    Лана резко повернулась к Сварогу:

    – А ты удивлялся, для чего деньги! Сунула бы сотню бакинских – сразу бы забегал, как детский паровозик.

    «Бакинских?» – мысленно удивился Сварог. Он лихорадочно сканировал обстановку, на всех уровнях, включая магический, но пока ничего угрожающего поблизости не наблюдал. Или детектор всего лишь имеет в виду сам факт встречи с блюстителями закона?..

    После слов насчет «бакинских» сержант резко выпрямился, стряхивая с плеча «калаш», повернулся к машине с мигалкой и крикнул напарнику, тоже в зеленой флуоресцентной жилетке и тоже с автоматом на плече, присевшему на багажник с надписью «ГБДД Шантарск»:

    – Серега, ну-ка сюда! Тут у барышни проблемы. Да и выхлоп от нее – мама не горюй… А вас обоих попрошу из машины, документы в зубы, лапки на крышу, ножки врозь. Живо! Или будете мне тут втирать, кто у вас любовник и кому из генералов он на меня жаловаться станет? Или насчет того, чтобы прокатиться до ближайшего поста?

    Напарник лениво отлепил задницу от багажника, двинулся в сторону тормознутой машины. Сварог обратил внимание, что номер на гаишном автомобиле был непривычно синего цвета, с белыми литерами и цифрами, причем первой стояла буковка «в», потом шло трехзначное число и только потом оставшиеся две буквы… но, аллах его ведает, может, тут так положено…

    Сигнализатор опасности продолжал попискивать по-прежнему слабо, но настойчиво. И Сварог произнес первые четыре слова не самого сложного заклинания.

    – Подождите, – Лана полезла в незакрытый Сварогом бардачок, выудила черную книжечку – что-то вроде простого паспорта в кожаной обложке, но малость потолще, – и просунула в окошко. – Вот. Права. ПТС. Техосмотр. Полис. Не просрочено. Не подделано. Не куплено. Все в порядке. А там, на Олеговой пустоши…

    – Все в порядке, кроме скорости и запаха, – холодно перебил сержант, книжечку взяв, однако ж в нее не заглядывая. – Я не из отдела убийств. Я тут поставлен следить за порядком на дорогах. И порядок этот был нарушен. Спорить будем или согласимся, что превышаем? Что выпивали?

    – Эй, а они нам зубы не заговаривают? – предположил напарник Серега, приближаясь и уже с автоматом наготове.