Сварог, из последних сил сохраняя лицо, достал из кармана две заблаговременно отложенные зеленые бумажки на общую сумму в целое состояние, протянул водителю и, приподняв бровь, спросил королевским тоном:

    – Договорились?

    Шофер, равнодушно взяв состояние и повертев купюры так и сяк, разве что на зуб не попробовав, почесал щетину, посмотрел на потолок и молча кивнул.

    В общем, поехали. Лана устроилась на переднем пассажирском месте, против чего Сварог ничуть не возражал, рассудив, что так ей дорогу показывать сподручнее будет. Сам же он развалился сзади и только сейчас почувствовал, что можно малость перевести дух. Уф, ну и ночка выдалась… Ландо покатило в сторону центра.

    Сама поездка по просыпающемуся городу Сварогу запомнилась мало, он вполуха слышал, как разговаривала Лана с водилой, фиксировал в памяти незнакомые названия улиц, по которым они проезжали и на которые сворачивали: «Каландарашвили», к примеру – это название ему вообще ничего не говорило. Зато безмерно радовало то, что с момента посадки в такси за ними не увязалось ни одной машины. Да и вообще, в этот предутренний час машин в городе попадалось мало. Лана о чем-то весело щебетала с извозчиком – но не хвост распускала по извечной женской привычке к флирту, а аккуратно подводила к мысли, что, мол, босая растрепанная женщина в дорогущем платье и перепачканный мужик в камзоле – это вполне нормально для ночного Шантарска. Водила нейтрально помалкивал, хотя и было видно, что он расслабился и никаких подлянок от пассажиров вроде уже не ожидает.

    Короче, ехали весело… Стремительно проскочили центр (повсеместно, даже на закрытых в ночное время суток заведениях горели неоновые вывески – главным образом почему-то на английском языке. Сварогу вдруг показалось, что он попал в эпизод дурного советского фильма про американскую жизнь: пустынная ночная улица, масса ярких, мигающих, разноцветных, хаотичных непонятных названий, но, как пелось в одной некогда популярной песне – на дворе ни машин, ни людей), в общем, центр проскочили, вылетели в пригород и оказались в районе, застроенном в основном коттеджами, принадлежащими несомненно весьма состоятельным владельцам.

    В конце окультуренной аллеи показались будка охранника и полосатый шлагбаум. Водитель вопросительно посмотрел на Лану, та махнула рукой: дескать, езжай. Подъехали. Из будки вышел молодой белобрысый парень в полувоенной форме, двинулся к остановившемуся в метре от шлагбаума авто. Приблизился и неспешно наклонился к водителю.

    – Частная собственность, – нажевывая резинку, лениво процедил он. – Разворачивайся давай!

    – Вадик, ты сдурел? – подала голос Лана, чуть наклонившись в сторону приоткрытого окна со стороны водителя, и Сварог явственно услышал в ее тоне королевские интонации. И мимоходом подумал, что во всех мирах все одинаково, в том числе и тон, которым власть имущие говорят с прочей частью населения. – С каких это пор я тут чужая стала, а?

    С парнем произошла разительная перемена, он выпрямился, расправил плечи, втянул и без того плоский живот… такое впечатление, что и жвачку проглотил.

    – Доброе утро, Светлана Витальевна, – пробормотал охранник по имени Вадик. – Простите, не признал… Что-то… что-то случилось?

    – Вадик, я что, перед тобой отчитываться должна? – вопросом на вопрос ответила Лана. – Ты бы шлагбаум поднял уже, а?

    – Может, милицию…

    – Вадик!

    – Конечно, извините, – охранник поспешил в свою будку, и шлагбаум величественно поднялся, как разводной мост.