Даша и Гуля выскочили навстречу, чтобы сменить Зою и Юлю.

— Ого, вот это улов. — Обрадовалась Даша.

— Знала бы ты, чего нам это стоило и может еще стоить. — Юля охладила ее оптимизм.

— А что такое? — Наивная Даша и предположить не могла никаких конфликтов.

Юля обстоятельно ей рассказала о жителях деревни, которые в грубой непримиримой форме угрожали им, пытались отобрать всё, что мужчины добыли.

— Да как так? — Удивилась Даша. — Они в деревне живут. У них своих припасов должно быть полон.

— Лишнее не помешает. — Произнес Илья. — Мне кажется, дело не только в продуктах, но и в их праве быть главными на своей территории. Они уже решили, что сами будут устанавливать свои правила и контролировать их исполнение. А мы чужие и дерзкие, раздражающий фактор.

— Пусть себе живут, а мы себе. — Возмутилась Гуля.

— Вот, вы думаете, как люди из прошлого, которые ходили на работу, зарабатывали денег и тратили их в магазине и всем хватало. Больше такого не будет. Еда у кого-то, а не у тебя, станет причиной желать смерти этому человеку. Работы нет, продукты больше в магазин не возят, чем питаться? — Спросил Николай. — Вот, питание и станет самым определяющим фактором человеческой жизни, пока люди не начнут снова выращивать еду, а еще отсутствие правосудия в полноценном виде.

— Сколько с тобой прожила, а не знала, что ты у меня склонен читать лекции. — Ухмыльнулась Зоя.

— Потому что ты была лучше приспособлена к мирной комфортной жизни, а мужчины хороши вот в такие смутные времена. Всё, бабы, кончилось ваше время, шопинги, часовая болтовня по телефону, верховенство слабых, теперь мужики решают. Да, парни? — Николай с улыбкой посмотрел на Илью и Максима.

— Не знаю, мне то время нравилось больше. — Неуверенно признался Максим. — У меня «четырка» была, я на море ездил, а теперь…

— А теперь, не пройдет и нескольких веков, как люди снова научаться делать автомобили еще лучше прежних. — Николай просто стебался над всеми, испытывая эмоциональный «отходняк» после серьезного разговора с местными.

— Да уж, перспективы. — Ухмыльнулся Максим.

Они подошли к убежищу и с огромным облегчением опустили носилки. Дети, как им и положено, вели себя так, словно ничего не произошло. Они эмоционально встретили «караван» и кинулись рассматривать добычу.

— А шоколада не было? — Поинтересовалась Вероника.

— Не было. — Мать развела руками. — И лимонада не было. — Упредила она следующий вопрос.

— Мелюзга, у меня к вам одно дело. — Обратился Николай к детворе. — Надо собрать все пустые банки из-под напитков и накидать в каждую по три-четыре маленьких камешка.

— Зачем? — Ромка, старший сын Николая и Зои, недовольно скривил лицо.

— За надом. — Строго ответил отец, не собираясь вдаваться в подробности. — Нужно около двадцати банок и бутылок. Если возьмете полную, получите леща. Если насобираете пустых и сделаете, как надо, с меня поощрительный приз. — Николай залез в карман и вынул жвачку.

— Класс. — Вероника запрыгала на месте. — Чего стоите, идемте работать.

Юля усмехнулась, глядя на открывшийся энтузиазм дочери.

— А ты говоришь, бабское время кончилось. — Напомнила она. — Смотри, какая бандерша растет.

— Возможно, я ошибся, не бабское время кончилось, а наше, а их начинается.