— Ваше Сиятельство, Ксения Александровна! — сначала постучала, а потом вошла и начала меня тормошить Устинья. — Просыпайтесь, Ваше Сиятельство!!!!

Я ответила грубо и по существу.

— Там граф приехал. — кротко ответила на мои претензии служанка и меня как-то резко пробудило.

Очень быстро я приняла душ, оделась и спустилась в салон, где уже начинал скучать родственник.

— Как я счастлива Вас видеть, Николай Владимирович! — фальшиво улыбнулась я. По утрам я редко себе-то рада.

— Спишь что ли? — изумился родственник.

— Зачиталась ночью. Спасибо за книги.

— То есть ты про них всерьез что ли написала? — опешил он.

— Они к слову пришлись. Я давно о таком собрании мечтала. — До сих пор отдельные тома лежали в библиотеке и в салоне на столах и диванчиках, чтобы удобнее было уйти в мир далеких тропических стран и дремучих лесов — а птички-то вон. — чуть раздвинула край шторы и указала на окно, за которым не прекращалась жизнь.

— И что они? — заинтересовался граф, подходя ближе. Из-за плотных штор наши маневры не бросались в глаза.

— Смотрят. Я живу очень скучненько. Только вот букеты иногда приносят, да письма Ваши. С послом мы встречались в парке. Там меня могли и не узнать, а больше я в ту сторону и не ездила.

— Молодец. — он потрепал меня по волосам, и этот жест уже не казался мне приятным. — На коронационных торжествах постарайся с ним пообщаться побольше. Мне бы хотелось знать о его настроениях поподробнее.

Вспомнился фильм о расстреле в Венсене. Ей же был только 41. Моя ровесница почти по документам-то. Маргарет танцевала, я пою. Неудачная версия шпионки-куртизанки.

— Не могу сказать, что я в восторге от этой миссии, но раз Вы просите… А как я окажусь на коронационных торжествах? — этот момент тоже следует прояснить.

— Разве я не говорил? Нужно в первых числах мая, не позднее пятого, прибыть в Москву. Там будут проходить все основные события. Я полагал, ты уже подготовилась… — недовольно произнес он.

— И сколько мне нужно пошить туалетов? — не то чтобы у меня заболел кошелек. Он ушел в глубокую кому.

— Ольга что-то тут такое передавала. — он порылся в карманах и достал аккуратно сложенный лист с ароматом розовой воды. Она безупречна в мелочах.

— Граф. — я пробежалась по строчкам. — Одиннадцать бальных платьев, полдюжины вечерних, столько же визитных, прогулочных и утренних? Тридцать пять нарядов за месяц? Во-первых, сейчас все активно шьются, а во-вторых, это же стоит дороже парохода! Нет, я не смогу приехать, после стройки надо экономить, я посижу дома, в тишине и покое. Вон, наблюдателей моих порадую.

— Ты серьезно? — озадаченно посмотрел родственник.

— Да. Я только что узнала о необходимости сделать то, что уже невозможно. Как честный человек, ставлю Вас в известность сразу.

— А если эту проблему можно будет решить?

— Николай Владимирович, мы карнавальные костюмы лепили из того, что было, и то на грани получилось, а бальные платья для Вашей снохи — это не рыбий хвост.

— Не беспокойся о деньгах, у меня открыты счета в стольких магазинах и ателье здесь… — ой, какой ты оптимист.

— Если успеем с нарядами, то я приеду. Но эта история с сеньором Карло… Что обо мне люди говорить станут?

— А ты честь блюди и не слушай сплетни. — смущенно ответил он. — Это дело государственное, а так поболтают и забудут за лето.