Он даже не подозревает, насколько близок к истине, подумала Кэрри. Дейдра тоже говорила, что Смит обращался с дочерью словно с драгоценной статуей.

— Если ваша теория верна, мог ли в таком случае Смит недолюбливать Скипа Риардона?

— Недолюбливать? Я бы выразился сильнее. По-моему, он ненавидел его.

— Мистер Арнотт, у вас были основания предполагать, что драгоценности Сьюзан дарили другие мужчины? А не муж или отец?

— Меня в это не посвящали. У Сьюзан было несколько изящных вещиц, которые подарил Скип. Он всегда покупал ей что-нибудь на день рождения и Рождество. То, на что указывала она. Еще помню несколько украшений от «Картье», но я полагал, что это подарки отца.

Или Сьюзан так утверждала, дополнила Кэрри про себя.

— Мистер Арнотт, — она встала, — как вы считаете, Сьюзан убил Скип?

Джейсон тоже поднялся.

— Мисс Макграт, я разбираюсь в антиквариате. В оценке людей я не столь искусен. Но говорят, что любовь и деньги — два основных мотива для убийства. Как ни жаль, оба они были у Скипа. Вы не согласны?

Джейсон стоял у окна и наблюдал, как исчезает за поворотом машина Кэрри. Мысленно прокручивая их короткий разговор, он решил, что открыл достаточно деталей, чтобы выказать себя человеком, готовым помогать. Но в то же время все они весьма расплывчаты. И Кэрри Макграт, как несколько лет назад прокуратура с защитой, решит, что нет смысла расспрашивать его дальше.

Считаю ли я, что Скип убил Сьюзан? Нет, мисс Макграт, не считаю. Полагаю, что Скип, как и многие мужчины, был способен на убийство жены. Однако в ту ночь его опередили.

В голове у него билась единственная мысль: «Еще двадцать лет». И снова, и снова. Всю неделю, вместо того чтобы читать или смотреть телевизор по вечерам, Скип разглядывал снимки на стенах камеры.

В основном — фотографии матери и Бэт. Некоторые семнадцатилетней давности. Тогда ему было двадцать три, и они с Бэт только познакомились. Она едва начала работать в школе, а он создал «Строительную компанию Риардона».

За десять лет заключения Скип много часов провел перед этими снимками, гадая, почему вдруг все рассыпалось в прах. Не встреть он на той вечеринке Сьюзан, они с Бэт были бы женаты уже лет четырнадцать, и у них были бы дети, двое или трое. Интересно, каково это — быть отцом?

Он бы построил для Бэт дом, какой они хотели — простой, без излишеств, не то огромное современное здание, плод безудержной архитектурной фантазии, которое пожелала Сьюзан. Он ненавидел этот особняк.

Все эти годы его поддерживало знание, что он невиновен, вера в американскую систему правосудия, надежда, что скоро кошмар закончится. В его мечтах апелляционный суд соглашался, что доктор Смит — лжец, Джефф приходил в тюрьму и говорил: «Пойдем, Скип, ты свободен».

По тюремным правилам Скипу разрешалось сделать два звонка в день с оплатой за счет абонента. Обычно он звонил маме и Бэт. И хотя бы одна из них приезжала к нему на свидание в субботу или воскресенье.

На этой неделе Скип не звонил никому. Он уже все решил. Он больше не позволит Бэт навещать его. Она должна строить свою жизнь, ведь в следующем году ей исполняется сорок. Пусть встречается с мужчинами, выходит замуж, заводит детей. Она любит детей, поэтому и стала учителем.

Еще он перестанет мысленно проектировать дома и мечтать, что вот-вот выйдет из тюрьмы и построит такие. К тому времени ему будет почти шестьдесят. Слишком поздно начинать все сначала. К тому же не останется никого, кому он был бы нужен.

Вот почему в субботу, когда Скипу сказали, что звонит его адвокат, он подошел к телефону с твердым намерением попросить Джеффа забыть о нем. Заняться другими делами. Узнав, что к нему снова придет Кэрри Макграт, да еще вместе с его матерью и Бэт, он разозлился:

— Чего этой Макграт нужно? Доказать матери и Бэт, что они тратят впустую время, пытаясь вытащить меня отсюда? Что каждый аргумент якобы в мою пользу работает против меня? Передай, что я не желаю выслушивать подобное.