После того, как мужчины ушли, женщина повернулась – и сняла маску.

Нож выпал из руки Саммер и воткнулся в снег. Время перевернулось, закружилось в небе и упало назад на Саммер.

— Бельен! — прошептала она сдавленным голосом. И девушка, чьё подобие она напрасно и тоскливо искала в Анне, в Мие и Хариссе и всех других женщинах, которых она знала, отбросила все королевское в своей осанке и начала бежать.

— Тйамад! — кричала она. — Тйамад!

В следующее мгновение они обнялись. И Саммер закрыла глаза и зарылась в волосах Бельйен. Сцены совместного времени снова просыпались к жизни. Две девочки в сером дворце, шепча, рассказывали себе чужие истории, желая самим испытать все это. Подруги, которые нарушили правила Зори и тайком пели песни для людей.

«Зоря!» — ее снова охватил радостный ужас признания. «Это я! Нет... это мы!»

— Зоря, — повторила она. Слово со вкусом дома и полной защищенности как в давно забытые времена. Тоска по родине, говорил Анжей в Анаканде – внезапно она поняла, что он подразумевал под этим.

— Наконец, ты снова дома, — шепнула Бейлен. — Я никогда не думала, что ты умерла. Я всегда знала, что ты вернешься! — и серьёзно добавила, — Анжей сообщил нам, что ты все забыла. Но ты не должна бояться, у тебя есть я. Я расскажу тебе все. Ты вспомнишь.

«Дома». Тем не менее, девушка не решалась пользоваться этим словом. Это было слишком чуждо и так мимолетно, что она боялась, что сейчас очнется из своей мечты и снова останется в одиночестве.

Кровавый Мужчина застонал и пришел в себя, но прежде чем его рука на ощупь нашла винтовку, Анжей уже был возле него и убрал оружие.

— Он не может умереть! — шепнула Саммер Бельен. — Он спас меня от воинов лорда Теремеса! И от Тандрай. Они убили бы меня, если бы его не было.

Бельен округлила глаза. Она осторожно высвободилась из объятий Саммер и снова надела маску. Потом что-то достала из складок своей одежды. Мягкое, светлое творение, уже слегка пожелтевшее по краям и такое тонкое, что через него просвечивался свет.

— Твоя маска, — сказала она Саммер и прижала ей тончайшее лицо из слоновой кости к коже. — Это первый закон, о котором тебе нужно помнить: мы никогда не показываем наше лицо человеческим служителям.

Саммер почувствовала головокружение. Прохладный материал прижимался к ее щекам и лбу, и вбирал в себя мерцающее тепло ее кожи – как будто она на самом деле была его частью. Постепенно она догадалась, почему она была в театре Морта единственной, кому нравилось носить маску.

Как издалека она слышала голос Бельен. Привыкший командовать и звучащий теперь властно. Она выкрикнула имя. И к безграничному удивлению Саммер подошел седой лорд и низко ей поклонился.

— Позаботьтесь о раненых! — приказала Бельен. — Арестуйте его и перевяжите его рану. Но не трогайте его и пальцем, понятно? Ты отвечаешь своей жизнью за то, чтобы с ним ничего не произошло. Леди Тьямад хочет допросить его позже.

«Леди Тьямад».

Саммер смутно вспомнила о том, что Анжей уже один раз произносил ее имя – тогда, когда она нашла его на балконе. «Итак, мы все-таки были знакомы. С самого начала».

Кровавый Мужчина, наконец, пришел в себя и изо всех сил боролся, когда несколько солдат подскочили к нему, но рана ослабила его и, в конце концов, с ним справились. Саммер внутри кольнуло от боли, что увидела на его лице.

«Не сопротивляйся!» — хотела она ему крикнуть. — «Подожди, я помогу тебе!» — но Анджей все еще находился рядом и подозрительно за ней наблюдал. И поэтому она не показывала никакой реакции, а просто стояла и наблюдала, как двое солдат потащили раненого прочь. «Он не умрет», — пыталась успокоиться она.